Слуга отречения

Закрыла глаза, пережидая горячую сладкую дрожь, бегущую от кистей и солнечного сплетения к позвоночнику. Дрожь постепенно заполнила всё тело до самой макушки, окутывая его волшебной, упоительной лёгкостью; молочная белизна окружающего пространства еле слышно тоненько зазвенела тысячами хрустальных колокольчиков.

Верена медленно раскинула в стороны руки, перекинула обе ноги через подоконник и плавно соскользнула вниз.

Воздух мягко подхватил её, раскачивая будто бы на невидимых качелях. В расправленных серебристых крыльях загудел тёплый ветер, пробуждающий в сознании вереницу смутных, неотчётливых образов, сплетённых из воспоминаний далёкого детства и каких-то несвязных мечтаний — завораживающих, зовущих, манящих за собой.

Это было бы сложно выразить словами или объяснить кому-то, кто сам хоть раз не ощущал подобное, — отсутствие мыслей, по крайней мере тех, которые были связаны с повседневными делами и тревогами, чувство невероятной свободы, наполнявшее душу слабым сиянием непонятной и странной радости. ..

Верена закружилась в воздухе, вихрем проносясь над плоскими, похожими на выстроенные в ряд спичечные коробки, прямоугольничками знакомых блочных домов, над лимонно-жёлтыми зарослями цветущей акации, растущей вдоль шоссе, над самыми макушками вишнёвых деревьев в ближайшем парке, земля под которыми ещё была укрыта лёгкой туманной дымкой цвета слоновой кости — лепестки маленьких душистых цветков вспорхнули с ветвей широкой алой вуалью под взмахами серебряных крыльев.

А потом она молнией сорвалась вверх и метнулась в самую глубину мерцающего, как розовый сердолик, утреннего поднебесья, проскользнула между редкими тёмными облаками, отбрасывающими голубоватые тени на тёмно-зелёные квадратики полей и на далёкие сверкающие зеркала маленьких озёр между ними, окунулась в ласковые волны бархатистого жемчужного ветра, и эти волны стремительно понесли её всё дальше, к пронизанному лучистым сапфировым светом горизонту...

«Сегодня у меня обязательно будет хороший день», — подумала Верена.

***

Покидая Цитадель, Кейр, естественно, поленился проверить по Сфере, в каких сутках он сейчас находится, и теперь, вынырнув из-под укрывающей город пелены туч, обнаружил, что здесь не было ещё даже полудня.

Раскинувшееся под ним залитое пасмурным светом пространство было белым-белым, с редкими пятнами зелени и множеством круглых площадей, от которых расходились в разные стороны лучи многочисленных улиц.