Слуга отречения

— С чего бы это мне топиться-то, Жень? Я что, по-твоему, похож на слабака? — мальчик прищурился на медный диск вечернего солнца и вдохнул густой запах шашлыков и жареных пирожков, тянущийся из завешенного тяжёлыми зелёными бархатными занавесками открытого окна маленькой кафешки напротив.

— Ты как-то... очень изменился, Тимка, — парнишка снял с переносицы очки, растерянно протирая их рукавом рубашки, и Тим внезапно понял, что за последние полгода совершенно отвык от того, как звучит его имя. Словно бы оно давно уже принадлежало не ему, а кому-то абсолютно постороннему.

А может быть, так оно и было? — Тебя... тебя в какую-то другую школу перевели, да?

— Вроде того, Жень, — Тим отвёл глаза, проклиная себя за отчего-то внезапно нахлынувшее смущение — как будто он сейчас был перед Женькой в чём-то виноват. Вот ведь глупости какие... — Я в Питер переехал, бываю здесь теперь только наездами...

Тот покивал и рассеянно пнул выкрашенный снизу белой краской высокий бетонный фонарный столб.

— А у меня, это.

.. отчим опять из рейса вернулся, — проговорил он. — Теперь что ни вечер, то скандал... вечно попадаюсь ему под горячую руку, — мальчик отвернулся. — Ну да тебе неинтересно, наверное. Ещё и Серый, сволочь, постоянно заставляет делать за него испанский. Я один раз отказался, так он...

— Серый к тебе больше не полезет, — покачал головой Тим.

— Почему это ты так думаешь?

— Просто поверь... — мальчик усмехнулся, стряхивая с рукава прозрачный комочек тополиного пуха. — А насчёт отчима, ты, ну.

.. береги себя, ладно? Может быть, всё и устаканится со временем...

За распахнутой настежь железной дверью полутёмного подъезда было прохладно и душновато, как в погребе. Около поблёскивающих почтовых ящиков пахло жареным луком из квартиры напротив; чем-то затхлым привычно тянуло от мусоропровода. Тим с некоторым сомнением бросил взгляд на старенькую тряскую кабинку лифта, покачал головой и пошёл вверх по узкой бетонной лестнице пешком. На выкрашенных светло-зелёной краской стенах кое-где виднелись вкривь и вкось наклеенные рекламы служб такси и фирм по установке натяжных потолков, похожие на газетные вырезки.

На подоконнике в пролёте пятого этажа стоял большой глиняный горшок с круглым, как маленький бочонок, кактусом, а к перилам напротив была примотана проволокой пустая консервная банка из-под зелёного горошка, в которой виднелось несколько затушенных окурков. В воздухе ощущался слабый запах ещё не успевшего выветриться сигаретного дыма.