Смерти подобна

— Ты меня совсем за дуру держишь? Или я, по-твоему, не слышала воплей духов Хаоса?

Свист, который был слышен в моих ушах в тот момент. Я его и сейчас ощущаю кожей. Он точно противный липкий страх проникает в подсознание. Тогда он не был столь явственно различим, однако стоило разобраться, и вот уже ответ на поверхности. Что еще могло с такой мощью уничтожить цепи без вреда для самого мага?

— Как ты разрушил полог Жнеца, Вася? — говорю без обиняков и попытки увильнуть. Моя тайна явно не такая опасная, как его.

Что ты скрываешь, диакон Василий? И почему так отчаянно не хочешь говорить о произошедшем?

— А как ты призвала его? — задает вопрос в лоб, нисколько не смущаясь.

Мы смотрим друг другу в глаза и над нами тихо шумит листва деревьев. Где-то вдали отзывается кукушка, но никто из нас не отвечает на заданный прямо вопрос.

Потому что все мы, люди и нелюди, довольно лживые создания, защищающие свои границы от любого вмешательства.

— Кого «его»? — включаю режим «дурочки», и Вася хмыкает в ответ.

— Не знаю, о чем мы говорили?

Громко фыркаю, собравшись было отвернуться и идти дальше домой одной. Никаких сил нет, завтра обо всем подумаю. Или послезавтра. Мне вообще чужие тайны не нужны, своих проблем хватает. Еще нужно будет с Федотом и Семеном разобраться. Как они, не пострадали ли…

— Кристина? — зовет меня Шумский, а я с неохотой смотрю на него.

— Что?

Поцелуй легкий, неожиданный и совершенно сбивающий с толку.

Не успеваю ни отскочить, ни оттолкнуть диакона, который просто обхватывает моё лицо ладонью, зарываясь пальцами в волосах и притягивая ближе. Лишь мои собственные руки комкают ткань его церковной накидки, ощущая ее гладкость, пока губы раскрываются под натиском.

Сколько у нас было таких поцелуев? Парочка-другая: один из жалости в восьмом классе, другой — после ночной гулянки на выпускном у ресторана перед рассветом.

Ни тот, ни другой я почти не запомнила. Да что там помнить, клюнул в губы и покраснел. А сейчас он куда настойчивее, и… лучше, что ли?

— Ептить, Гриша, ну чего ты на ночь глядя людям спать не даешь? Подумаешь Петька твои лопухи подрал, он же не специально!

— Молчи, убогий! Не могу слушать твои тлетворные речи, отрицательно влияющие на моё кровообращение. Оно и без того нарушено плохой экологией и отсутствием нормального обращения.