Лёд

Кот проскользнул сквозь щель в воротах и залёг рядом.

Тогда я приоткрыл дверь хлева и, пригнувшись, заскочил внутрь. Пусто. Кучки навоза на полу и всё. Никакого намека на скот. Прошмыгнувший следом Кот остался у входа и продолжил контролировать оттуда двор.

- Дальше куда? – спросил он.

- Продолжим по часовой. Заглянем к колдуну и в кузницу. - Ничего более умного на ум мне не пришло. – А там уже видно будет.

- Двинули.

Я выступил из хлева, прижался к стене и осторожно заглянул за угол. И тотчас испарились остатки надежд, будто хуторяне свалили куда-то по собственной воле.

За хлевом находились собачьи будки с парой здоровенных волкодавов на привязи. Псы и сейчас там были, вот только у одного оказалась размозжена голова, а у второго свёрнута шея.

Переводя стволы с одного окна на другое, мы с Котом перебежали к следующему домику. Его распахнутая дверь скрипела на ветру, и для предварительного осмотра комнатки даже не потребовалось переступать через порог. И так всё ясно.

Колдун сидел в своем любимом кресле и будто бы дремал, но именно «будто бы» - из грудины у него торчала рукоять загнанного в солнечное сплетение ножа.

Здесь ловить нечего, идём дальше…

Дальше была кузница. Её единственное окно оказалось выбито, и я настороженно заглянул внутрь. В сумраке помещения темнели две распластанные у печи фигуры, а вот подробности разобрать не получилось, и потому, распахнув дверь, первым делом взял на прицел неподвижные тела.

Неподвижные-то они неподвижные, но мало ли кто трупом прикидывается!

Впрочем, предосторожность оказалась излишней: покойники и не думали оживать, а больше в кузнице никого не оказалось.

Заскочивший следом Кот поспешно прикрыл за собой дверь и устроился у окна, а я прошёлся из угла в угол, разглядывая учинённый неизвестно кем разгром.

Один из мертвецов оказался местным кузнецом. Второго не знал, но одет тот был, словно только с постели поднялся. И видно, что именно в этой одежде он и умер, после смерти с тела ничего не снимали.

- Видел здесь этого когда-нибудь? - спросил я у Кота, который бывал на хуторе чаще меня.

- Думаешь, его опознать можно? А вообще… вряд ли тутошний.

И действительно, воссоздать прижизненный облик мертвеца было по силам лишь настоящему специалисту, поскольку лицо незнакомца страшно изуродовал удар кузнечного молота. Слетевший с рукояти боёк валялся на полу посреди чёрной лужи засохшей - или застывшей? - крови.