Перекур

Их тёмные глаза увеличились, белёсые ресницы-щупальца заколыхались и… ничего не произошло. Глаза Колясочников остались пустыми, в них никто не отразился.

Мальвина хихикнула.

- Ну что вылупились?! – прорычал Пятак. – У нас вы даже пёрнуть не сможете, если мы не разрешим! Это наш дом! Уматывайте!

И он швырнул в незваных гостей бутылку. «Джинн» угодил одному из них точно в лоб и разбился. Колясочник издал невообразимый хриплый визг и вспыхнул жёлтым пламенем. Волна воняющего мочой воздуха взметнула пепел на лестнице.

- Бежим! – крикнул Демид, хватая Вику за руку.

Вскочив, они рванулись между Пекарем и Циклопом, которые не попытались их задержать.

* * *

Девятнадцатый этаж.

Двадцатый.

Двадцать первый.

Двадцать второй.

Двадцать третий.

Двадцать четвёртый…

Демид и Вика бежали по лестнице быстрее, чем до разговора с Курильщиками. Во всяком случае, Демилу казалось, что быстрее. Он тяжело дышал и обливался потом. Страх, будто электричество, циркулировал по телу, но не было дурманящей паники.

Вика, наоборот, выглядела спокойной.

«Что эта носатая курва с ней сделала?! – думал Демид. – Что мне с ней делать?!»

Двадцать пятый этаж.

Двадцать шестой.

Двадцать седьмой.

Двадцать восьмой.

Двадцать девятый. Ранее площадку здесь перегораживала завеса табачного дыма. Теперь её не было, а по пеплу ползал толстый старик с остатками седых волос на висках. Одет он был в синюю пижаму со множеством изображений улыбающихся розовых бегемотов.

- Где же они?! – стонал старик. – Ну, где же они?! Где?!

Щурясь, он шарил руками по мрамору.

- Что вы ищите? – спросила Вика.

Старик повалился на бок. Запричитал:

- Нет, не трогайте меня?! Курите, где хотите, но не трогайте меня! И отдайте очки! Я же без них не вижу! Отдайте!

- Мы не Курильщики, - сказала Вика. – Мы просто живём в этом доме, как и вы.

Оглядевшись, Демид заметил на второй ступени следующего марша облепленные пеплом очки в жёлтой металлической оправе.

- Вот они.

Старик сел, схватил очки и порывисто надел. Получилось у него, мягко говоря, неудачно. Они были ему малы, поэтому дужки не легли на уши, а вонзились в глаза, пробили их и вошли глубоко в глазницы. Старик ойкнул, захрипел и опять повалился на бок. Дёрнулся всем телом и больше не шевелился. Очки упали на пол. Их окровавленные заушники оказались полностью металлическими да к тому же заточенными.