Ловушка на ловца

Мяса я в последнюю неделю не ел, ни к кому не приставал. У меня уже есть шансы.

В конце концов, пост – это воздержание в пище и питье. Если разбираться, то я, конечно, пил, но воздержанно. В обнимку с унитазом замечен не был. Как спать ложился – помню отчетливо. В общем, если повезет, и если вызвать слабенькую сущность, то все еще и обойдется.

Фу, аж в жар бросило!

Главное, эти дурацкие заклятия не перепутать, и в нужный круг стать. Можно, конечно, отказаться. Но как мне потом в глаза учителям смотреть: не успел «хвосты» подобрать, а уже распоясался.

Практическое занятие и День Рождения Тани должны были проходить на разных линиях жизни. Теоретически. Но так не бывает никогда. И в большой жизни будет все то же самое: то пост нарушим, то еще чего. Главное: не сдаваться, а помирать – так с музыкой.

Итак, нужно собраться, сконцентрироваться и ничего не бояться. У меня в запасе еще полчаса. Премудрость вся эта фарисейская больше в голову не лезет. Все ужасы я уже узнал, а перед смертью не надышишься.

Я собрал книги, сдал их, забрал читательский билет, сунул его в карман и понуро поплелся в столовую. Здесь стоял невообразимый гвалт.

Наблюдатели Третьего, Второго и Первого кругов шумно спорили, размахивая руками над тарелками с дымящимся гороховым супом. Я взял поднос, ложку, вилку, стакан, два кусочка хлеба и встал в очередь. На сытый желудок и умирать не так страшно. Через пару минут я встретился глазами с шеф-поваром:

– А, Фернаго. Что: учеба учебой, а кушать хочется всегда?

– Не то слово.

– Что нельзя, то и надо. – понимающе подмигнул повар. – Я так понимаю, что от супа ты откажешься. «Графьев» ведь ждут великие подвиги.

– А что, есть выбор?

– Ясненько. – мне навалили тарелку картошки с тушеной капустой. Подали стакан киселя. – Добавки не дам. У тебя через полчаса подвиг, а желудок будет не отдохнувшим.

– Изверги вы все, а не маги. – сказал я. – А что тогда не тыквенный сок с клизмой?

– Это не продуктивно.

– У нас инквизиция такая, что никакой мятой ее не обмануть. – я достал деньги.

– Ты не понял. Это не для Нектарьевича, а для тебя и собеседника. У них там может быть любое время суток. Ты что, до сих пор никого не вызывал?

– Вызывал, не вызывал. – проворчал я. – Чего пристали к честному наблюдателю? Нам не положено.

– Не положено, а покладено.