Свет мой, зеркальце... молчи!

Или в старинную раму не так давно вставили новое зеркало. Впрочем, мне было на самом деле все равно – оно просто мне понравилось.

А вот второго “колдовского” зеркала в моей квартире не нашлось. Вика грозилась принести что-нибудь, да так и не нашла подходящего. Так что придется обходиться настольным, перед которым я крашусь – простеньким, круглым, в металлической рамке.

Зеркала мы установили друг напротив друга, между ними поставили свечи. Вика торопливо инструктировала меня напоследок.

– Значит, начнет приближаться…

– Кто?

– Ну мужик же из зеркала! Так вот, начнет приближаться, ты сразу кричи “Чур меня” и переворачивай зеркало.

Большое, из которого он лезет. А то он в нечисть превратится и всех нас тут в капусту покрошит!

– Хм, – я смерила взглядом зеркало, которое мы с ней вдвоем с трудом установили. – Если я его быстро переверну, оно, во-первых, разобьется. Тяжелое же, как сволочь. Во-вторых, оно ж большое, на свечи упадет и на второе зеркало… И осколками нас всех покромсает без всякой нечисти!

– Зеркала нельзя бить, семь лет несчастий будет, – со знанием дела сообщила Ира.

– Ну вот. А пока я эту дуру аккуратно переворачивать буду, твой зазеркальный мужик успеет три раза вылезти и не только покрошить, но и кулебяку сварганить.

– Не мой, а твой! Мой вообще не агрессивный!

– А может, он у тебя тоже вежливый попадется и не полезет? – робко предположила Ленка.

– Ну нет, так не дело, – нахмурилась Вика.

– О! А давай ты заорешь “Чур меня” и накинешь покрывало? Это почти то же самое, что перевернуть, только без членовредительства.

С покрывалами тоже оказалась напряженка: всеми наличными покрывалами были задрапированы кресла и прочая мебель. В конце концов я откопала в недрах шкафа длинную черную юбку, которой вполне можно было накрыть зеркало. С юбкой наизготовку рядом с зеркалом встала еще одна наша бывшая сокурсница Катя, готовясь накинуть ее, как только я заору.

Все остальные девицы сгрудились за моей спиной, с любопытством заглядывая в зеркало. Я же уселась на стул перед столом.

Наконец все приготовления были завершены, я зажгла свечи и уставилась в зеркальный коридор.

– Ну, это… свет мой, зеркальце, скажи… ой, то есть, я хотела сказать, суженый-ряженый, приходи ко мне ужинать!

Пламя свечей трепетало, в затылок мне взволнованно дышали парами спиртуоза, а в зеркале между тем ничего не происходило.