Все дороги ведут в Сад (черновик)

Но вот о хороших ли? И если да, то для кого?

Сосредоточиться на этом было вдвойне сложнее, когда мысли, словно запертые, ходили по кругу, рисуя одна хуже другой картины того, что могло происходить на той стороне, пока они здесь прохлаждались. Лиля хорошо знала: люди — очень хрупкие создания. Их легко поломать, и часто невозможно склеить обратно.

Перед глазами был Артем, бесформенной грудой повисший в хватке Маски. Лежали недвижимый после очередного приступа Ярик и тихая, не откликающаяся Жанна.

Непривычно мирный и молчаливый отец.

Холодный на ощупь, отец, с которым она никогда больше не заговорит. Единственный дорогой человек, который любил маленькую девочку просто за то, что она есть. В одночасье — мертвый.

— Время утекает, решай быстрее! — сорвалась Лиля.

— Я ждала, и ты подождешь! — огрызнулась Кривда. — Из всех зацепок самая лучшая, что раз за разом была у меня — в последний раз сестру видели на Пиру, откуда меня вышвырнули.

Прервав свое непонятное бормотание, она безрадостно рассмеялась.

— Иных улик за годы я найти так и не смогла, сестра дальше словно сквозь землю провалилась, поэтому я и искала там, с каждым равноденствием все отчаянее. Моя сестра — Хозяйка, это хоть что-то да значит, но... Даже для бессмертных время имеет своей ход. Даже у нас бывают раны, которые нельзя излечить.

Кривда коснулась своих глаз и последние слова прошептала так тихо, что услышала их лишь стоявшая рядом Лиля.

— А что, если все было тщетно...

Ведьма могла бы понять ее боль, но не сейчас.

Сейчас — не могла и не хотела.

— Решайся, — жестко сказала ведьма. — Не хочешь, тогда не мешай. Я сделаю все сама, только сними с меня черные ленты.

— Какие ленты?

Тесова закатала рукава и выставила вперед смуглые руки, все еще покрытые черными узорами с серебристыми проплешинами, которые появились после того, как она переусердствовала с магией в саду. Кривда с недоумением уставилась на темные отметины, змеившиеся от запястий к плечам.

— Что это?

— Они появились той ночью, когда вы меня в саду поймали! Они жгутся и искривляют магию.

Нечисть выглядела все такой же озадаченной. Секунду спустя, она резко развернулась к все молчавшим чертям и громко рыкнула:

— Эй! Шушера! Кто это сделал! Что за самовольство?!

Черти зашебуршали, глядя друг на друга, но виновника среди них либо не было сегодня, либо тот не рисковал себя показывать.

— Это сделала не я точно, — сказала Кривда, не дав Лиле раскрыть рта. — Я с подобным не связываюсь.