Пожиратель теней

Я видел точно такие же цвета, схожие пейзажи, слышал птиц и ветер, шелесты, шорох. И точно так же, как сейчас, подумал, что всё кончилось. В смысле, меня, может, и попытаются поймать по новой, но главное – выбрался же, теперь я свободен и больше ни за что не попадусь. И раз — темнота. Нубес подарил мне надежду, а затем разрушил её под смех и аплодисменты, адресованные моей человеческой наивности, как он выразился.

Я ущипнул себя и сел ровно. Холодные тени — от туч, от крон нависших деревьев — скользили по лицу.

Чонёль шлема не надел, так ему, видите ли, удобнее.

В самом деле, удобнее вертеть головой. Он без конца поворачивался ко мне, поглядывал за спину, бормотал. Даже маска не могла скрыть того, как он хмурит брови. Сквозь неё чувствовалось. Он осматривался быстро, перекидывался парой слов с Мелиссой, а она ругала его, мол, только внимания со стороны блюстителей закона нам и не хватало. А ведь когда мы приедем в город, их там будет предостаточно.

Я заёрзал, услышав про город, и от Чонёля моё беспокойство не ускользнуло.

— Там нам спрятаться будет проще, — объяснил он. — Затеряться и всё такое.

— Если переживаешь, не пострадают ли другие оттого, что мы демонов за собой приведём, — кричала против ветра Мелисса, предполагая следующую причину моего беспокойства, — так для них каждый вздох как лотерея. В городах, да и вообще в любых более-менее крупных скоплениях людей, нечисти хватает и так. Говорю тебе как та, что имеет к охоте на демонов непосредственное отношение, — напомнила она. — Демоны как бы хищники, несмотря… несмотря на их весьма глупое поведение.

— Здесь она напомнила Азиза, и мне стало не по себе. Может, грусть. Может, вина. Хотя не я пустил тех демонов в Измену, косвенно всё же их появлению поспособствовал. И Мелиссе наверняка об этом не известно, иначе она не стала бы помогать. — Хищники для людей. Мы изучали в Измене их поведение и различные исторические сводки, и знаешь, если в какой-то момент демонов становилось меньше, количество людей резко возрастало.

— Слышал про кроликов в Австралии, — с важностью сказал Чонёль.

— Не было там на них хищников, потому развелось этих кроликов видимо-невидимо. Одни беды от них по итогу.

Хотел казаться умным, но определенно не понимал, к чему вёл.

— Чего? — оскорбился он, заслышав мой глубокой вздох. — Чего не нравится? Если не можешь сказать, так и не показывай, чего думаешь, вовсе.

Он замер, смотря мне за спину. Я вжался в стенки коляски. Не к добру он такой.

— Нас нагнали, — прошептал он.