Пожиратель теней

Не зря же? Ты вон живая… А что с жителями Измены?

Спросил с надеждой — не очень-то хотелось становиться причиной геноцида кого бы там ни было — и тут же пожалел об этом. Зелёнка радостно фыркнул, а вот Мелисса помрачнела. Она мотнула головой, отказываясь отвечать. Чонёль оказался куда сговорчивее. Я невольно глянул на него как на единственного, кто никак не отреагировал на мой вопрос.

— Вроде всех из Измены, кого поймали, порешили. — Он закашлялся, и из-под приподнятой маски полетели крошки. Слишком торопился — ни прожевал нормально, ни проглотил.

В итоге я стряхиваю с себя его слюни. Именно этого мне сейчас и не хватало. — Дикие эти демоны. Права Мелисса, не стоит им сильно доверять.

Зелёнка заметался в углу, словно перепуганный кот, и зашипел.

— Да не тронем мы тебя. — Мелисса прикрыла дверь и внимательно посмотрела на него, будто первый раз увидела. Я тоже пригляделся. Со лба у него тянулась вниз кость. Она прятала глаза и доходила до кончика сплюснутого носа, чем-то напоминая маску Чонёля, не совсем сформировавшуюся, но почти доросшую до неё.

— Повторюшка, — буркнул Чонёль. — Видимо, решил, что если будет прятать свою рожу, никто не поймёт, кто он такой.

Я повалился на матрас и уставился в потолок. Призадумался. Нас тут, в протухшей комнатушке, четыре живых существа (по-другому назвать сложно), трое из которых совершенно не пригодны для каких-то бы ни было сражений или жестокого выживания. Ну типа, представить, что Чонёль ринется в бой, браво выпятив грудь колесом, даже в голову не придёт.

У меня тоже нет никаких качеств, способностей и прочего, чтобы противостоять чему-то и кому-то. Про Зелёнку и говорить нечего. Он больше смахивает на хвост ящерицы, который в случае чего сбрасывается в первую очередь.

— Так зачем вы меня спасли? — вырвалось у меня.

Не то чтобы я не хотел этого знать, просто прикидывал, как бы спросить потолковее, чтоб не звучало неблагодарно или пренебрежительно. Ясно, что никто из них не стал бы ворошить гнездо демонов, потому что желал мне счастья и не мог сомкнуть ночами глаз от мысли, что я где-то там страдаю.

Никто не ответил.

— Вот ты точно бросился бы не меня первым спасать. — Я легонько толкнул Чонёля в спину, и он снова подавился.

— Я? — как бы поразился до глубины души он. Чему тут удивляться, непонятно. Очевидные же вещи говорю. — Ну, я хотел первой Королеву вытащить, — согласился наконец он. Не стал юлить и подхалимничать, и на том спасибо.