Охота на древнего. Паутина

– Конечно, – швейцар чуть поклонился и пригласил их проследовать дальше, – прошу Вас.

Они направились к лифту. Алекс спиной чувствовала, как напряжен Солье, но никто в огромном холле даже не посмотрел на группу гостей. По нему сновали обычные люди, а также двуликие, которых ей прежде приходилось видеть только по телевизору. Эти персоны будто жили в другом мире или вовсе не следили за новостями.

– Не нравится мне все это, – снова за всех высказался инкуб, когда они вошли в лифт, что, как и полагалось в подобном здании, оказался отделан зеркалами.

– Пентхаус, – коротко бросил Даллас, и совсем юный мальчишка в форме того же цвета, что и у швейцара на входе, тут же нажал на нужную кнопку.

– Кого здесь должно удивлять ваше присутствие? – безэмоционально поинтересовался вампир. – Это «Гранд Каньон», малыш.

Знаменитый «Гранд Каньон», о котором Джеку доводилось только слышать. Его двери закрыты для всех, чье имя не вытеснено золотыми буквами в книге избранных, и даже слуги закона не являлись исключением.

Но никто из присутствующих, кроме него и Уолтера, судя по всему, не был осведомлен о репутации отеля. Да и сам Солье только после слов вампира убедился в правдивости слухов. В стенах этого отеля находили убежище даже правительственные преступники, это был этакий Ватикан – государство внутри государства, и всякий, находившийся на его территории, имел неприкосновенность. Но ровно до тех пор, пока снова не переступал порог здания и не оказывался по другую сторону двери.

МинЮст сам создал эту махину immunitas (иммунитет лат.), не просто выкачивая огромные деньги, но и обеспечивая себе собственную оффшорную зону прямо под носом у правительства. В отеле крутились и отмывались заоблачные суммы. Откровенные коррупционные нарушения оставались в этих стенах, прикрытые громкими словами о личном праве любого гражданина, и даже не своей страны. Все всем было удобно и выгодно.

В лифте повисло молчание, тишину разбавляла только ненавязчивая тихая музыка, комично не вписывающаяся в общий настрой и картину хмурых лиц присутствующих.

Наконец тонко звякнул колокольчик, оповещая о прибытии, и створки беззвучно разошлись, выпуская всю компанию в холл пентхауса. Высокие витиевато-резные двери перед ними отворились, едва Алекс с друзьями ступили на мягкий ковер перед вдохом, и навстречу вышел человек.

– Мистер Даллас, Вас уже ждут.