Охота на древнего. Паутина

Внутри все оказалось именно так, как можно было представить себе в жилище богатого и влиятельного политика. Дорого, со вкусом и с головокружительным видом из окна. Даже имелся свой камин, непосредственно возле которого и обнаружился сам хозяин апартаментов.

Он застыл спиной к вошедшим, но стоило им только переступить порог, как Фрост обернулся, и Алекс была первой, с кем он встретился взглядом. Зелёные глаза на секунду вспыхнули колдовским огнем, но тут же посветлели и будто погасли, словно задернули шторку на окнах.

– Уолтер, – низким мелодичным голосом поприветствовал Фрост старого знакомого, – я вижу, ты полон сюрпризов, мой друг.

Потом он, не дожидаясь ответа, кивнул остальным.

– Себастьян Фрост к вашим услугам, господа. Меня раздирает любопытство – что же привело несостоявшуюся добычу ищеек МинЮста ко мне?

8

Огонь в камине отбрасывал причудливые тени на высокие стены квартиры и придавал Себастьяну Фросту еще более загадочный вид. То, что он был ведьмаком, теперь откровенно бросалось в глаза, но только это, и больше ничего.

Абсолютно. Как ни пыталась Алекс, но пробиться сквозь глухую стену его защиты оказалось невозможно. Словно миллиардер был скрыт под толщей всего мирового океана, и даже эхо силы, что доносилось до Алекс из-под этой невероятно плотной массы, маячило каким-то раздражающим звуком на периферии ее сознания. Выглядел он еще лучше, чем на обложках журналов. Глянцевая бумага передавала далеко не всю харизму молодого мужчины, да еще и мастерски скрывала его двуликость. Или это он сам?

Насколько могла судить Алекс, избиратели любили Фроста. Он подкупал своеобразной открытостью и мнимой доверчивостью. Это был самый странный микс, какой только можно себе представить. Надменно-холодный и в то же время едва ли не ангельски открытый. Двуликий в самой страшной интерпретации этого слова. Человек-маска. Двуличие в квадрате.

Девушка мазнула по нему взглядом ещё раз, пытаясь уловить хоть что-то. Но либо ведьмак был настолько Древним, что почувствовать его просто невозможно, либо он действительно ничего не скрывал.

И сейчас, прислушиваясь к тихому гулу артефакта, Алекс прекрасно понимала, что даже его потрясающие таланты ничто по сравнению с его возрастом, и это интересовало девушку гораздо сильнее всего остального.

– Ты просишь меня о невозможном. – Себастьян задумчиво вертел в руках бокал с вином.

Оранжевые блики играли в его длинных до плеч волосах цвета ржаной пшеницы, из-за чего вокруг головы сенатора чудился нимб.