Распыление 2. Полуостров сокровищ

– Сейчас я понимаю, что начались убийства еще полгода назад. Но связать их воедино мы смогли лишь недавно.

Олег вел нас по пустым сумеречным улицам. Я удивился: буквально час назад они просто кишели народом. Неужели слух об очередном убийстве разогнал людей по домам?

– Уголовщины у нас всегда хватало. Молодой, богатый портовый город… Авантюристов всех мастей такие места притягивают, как коровья лепешка навозных мух. А хватились мы не сразу еще и потому, что жертвами были люди, состоявшие, так сказать, в группе риска.

Побродяжка, шлюха из портового кружала, мелкий воришка, про которого все думали, что его подельники замочили… А потом проявилась система. Или, как еще говорят, почерк. Всегда это люди подозрительные. Где‑то нечистые на руку, или просто замешанные в чем‑то. И еще одно: само место преступления. Всё в кровище, а вокруг – никаких следов. Будто убийца по воздуху прилетел и таким же манером скрылся.

– Была у нас как‑то банда скоморохов, – сказал Лумумба.

 – Так они на ходулях передвигались, трехметровыми шагами.

– Вот и я о том же, – оживился Олег. – Серийный убийца – не наш уровень. Мы же, если по‑честному, не сыскари, а военные. Даже с основами криминалистики не знакомы, действуем, почитай, наугад. Как те слепцы, что на ощупь воображают слона… А люди гибнут. Когда княгиня сказала, что обратилась за помощью к вам… В общем, я обрадовался. Авось, подскажете что‑то дельное.

– Только не говорите, что поэтому вы княгиню и повинтили, – брякнула Машка.

Я споткнулся, Лумумба неопределенно хрюкнул. По‑моему, он подавил смешок.

– Не скажу, – покладисто согласился Олег. – Однако напомню, что у нас еще поруб свободен.

– Поруб, – ласково пояснил наставник, – Это холодная землянка с крепкой дубовой дверью. Обычно используется для хранения разнообразной снеди.

– Горячие головы тоже неплохо остужает, – дополнил лекцию воевода.

Машка, как всегда, только фыркнула.

…Он всё спланировал, – заключил Лумумба, глядя на отрезанный женский палец, лежащий на белоснежной подушке. Ноготок был выкрашен в ярко‑красный свет. Точно такой же, как и небольшое пятно, расплывшееся по белой наволочке.

– А деда Фира говорил, кровищи ведра три… – повторила Машка уже в третий раз. Она стояла, прикипев взглядом к подушке, стиснув плюшевого медведя так, что голова у того почти отвалилась.