Свобода и Магия

- скривился его собеседник, - Ладно, но где искать эту бабу?

- У тебя же подопечные в среде мракоборцев есть.

- Напомни, а ты мне зачем? - в голосе Отто была неприкрытая насмешка.

- Чтобы объяснить остальным, что твои нацисты это необходимость, а не реинкарнация старинного зла, - совершенно спокойно парировал его собеседник.

- Интересная мысль, поразмышляю над ней, - Отто поднялся, - Жду информацию, где ловить эту французскую суку.

- В поместье Мирбахов в Саксонии, твои подопечные там уже были, адрес ты знаешь, - Якоб улыбнулся.

Отто не ответил ничего, только кивнул и пошёл в сторону двери.

***

(15 августа)

Обширный сад Абрабанелей на высоком утёсе заливало лучами восхоящее солнце. У подножья крутого утёса по-прежнему плескались волны Бискайского залива, на узком пляже носились чайки, но в саду было после ночи прохладно и тихо.

По усыпанной меловым щебнем дорожке шла Серафима Абрабанель в лёгком светлом платье.

Рядом в чёрной мантии в пол шёл её брат Иосиф. И вместе с ними также по дорожке в своём неизменном костюме шествовал Якоб фон Притвиц.

- И каков у вас план, Серафима? - немец заинтересованно посмотрел на француженку.

- Всё просто, - улыбнулась та и кокетливо коснулась своей шляпки, - Вы ловите Фавр де Поль, а мы передаём её справедливому суду.

- Это в общих чертах, - чуть смутился Иосиф, - В целом мы уже готовы приступить ко внеочередному сбору Директории.

Первым вопросом мы поставим дело о смещении Фавр де Поль, а вторым об избрании Министра Магии и роспуске Директории. Ждём только отмашки от вас, немцев. Августа фон Вальдбург обещала моей сестре содействие.

- У неё, судя по слухам, проблемы сейчас? - заботливо спросила Серафима.

- Есть некий турок, который имеет определённые интересы в нашей стране, - пожал плечами Якоб, - Он сошёлся с теми самыми русскими, что убили де Тулона и Смита в Сен-Тропе, и при попытке мракоборцами задержать этого самого турка, они оказали сопротивление.

- Русские? - уточнил Иосиф.

- Да, именно они, - вздохнул немец, - Они скрутили мракоборцев, сломали им палочки, а одному, кстати, главе мракоборцев Германии, вырезали неприличное русское слово на лбу.

Лицо Иосифа не излучало эмоций, зато на лице Серафимы одновременно появился ужас и отвращение.