Смерть всегда рядом

Они закрыли солнце, вызывая из небытия призраков.

—Криссссшшш, оглянисссшшш...

Не в силах противиться, но и не смея повернуться, он взглянул в зеркало.

Ректор дремал. Его рот приоткрылся, и всхрапы то и дело нарушали тишину, заглушая шепот. Но тот, кто звал, ничуть не боялся священнического сана: справа от викария сидела девушка.

Крис перехватил ее взгляд. В глубине бесцветных глаз родились сполохи огня, жаркого, словно пламя самого Ада.

Крис зажмурился, губы привычно зашептали молитву. Он не смел даже пошевелиться, пока солнце не защекотало веки, и голос водителя нарушил тишину:

—Кажется, нас не ждут.

Двухэтажный домик утопал в зелени. Вдоль дрожки из гранитной крошки росли цветы, но никто не срезал увядшие бутоны. Траву на лужайке явно не косили уже несколько недель, она даже зацвести успела. 

Сорняки заполонили альпийскую горку, и только кусты у дома еще держали форму, заданную садовником.

—Abominatio desolationis! — ректор оглядел сад. — Тебе придется все тут в порядок привести, сын мой.

Крис только вздохнул. Но его спутник заволновался:

—Она до сих пор даже в окно не выглянула! Скорее!

Дверь не поддалась. Ректор вытащил ключ:

—Если закрыто на щеколду, будем ломать.

Дверь приоткрылась с протяжным стоном. Из дома пахнуло пылью и чем-то гнилым, словно мясо испортилось. Ректор зажал нос и вошел. Тут же раздался грохот. Крис и водитель кинулись следом.

Темнота и вонь... Крис не смотрел по сторонам, не прислушивался. Ректор почти бежал, натыкаясь на предметы.

Странно было видеть его в такой суете. Уронил подставку для обуви, споткнулся, руки взлетели как крылья птицы, внезапно разучившейся летать. Что-то упало сверху, хлопнуло по плечу и осталось лежать на полу... Крис едва успел подхватить растерянного ректора.

—Она наверху... Скорее! — падре Иоанн задыхался, и времени обращать внимание на призраков не осталось.

Пыль покрывала вещи ровным слоем. Кое-где на ней проступали отпечатки рук, уже почти незаметные. Остатки еды гнили на столах и полках, куски пиццы уже даже мух не привлекали.

Хлеб, сожранный плесенью... Опарыши в колбасе... Все это воняло так, словно в доме труп разлагался.

Но в комнате запаха не ощущалось. Ветер врывался в окно, створка с давно немытым стеклом качалась под его ударами. Сквозняк поднял клубы пыли и опустил её на кровать. В лицо лежащей прямо на покрывале девушки.

—Она... жива? — просипел над ухом ректор.

—Не знаю, — честно ответил Крис.

Лицо спящей отливало синевой.