Дочь Водяного

Лана ему помогала, рассыпая в борозду семена трав. Подпоясанная солдатским ремнем фланелевая рубаха Кузьмича смотрелась на ней стильным платьем с соблазнительной мини-юбкой, а кирзовые сапоги на шесть размеров больше только усиливали впечатление женственной хрупкости.

– А как же мои подопечные? – затосковала Лана, глядя за пределы замкнутого и укрепленного совместными усилиями круга.

– Думаю, им будет лучше, если Хранительница останется с ними, – отозвался Михаил, вытирая со лба пот.

Закончив работу, они сидели и пили чай с так понравившимися Лане батончиками, когда раздался шум знакомого двигателя внедорожника, прозвучавший сейчас звуками темы нашествия Шостаковича.

– Сиди в доме и не высовывайся, – инструктировал Михаил изменившуюся в лице девушку. – Даже если очень припечет.

– Да что у меня может припечь? – нервно пошутила Лана.

– Русалка, вышедшая замуж за смертного, становится обычной женщиной, – напомнил старое поверье Михаил, наблюдая, как ее щеки загораются от смущения.

– Он пока даже не решился меня поцеловать! – доверительно сообщила она, имея в виду, конечно, Андрея.

Михаил только хмыкнул, понимая, что ловить ему тут нечего. Он уже собирался выйти, когда его правой руки, пронзив ее электрическим импульсом, коснулась пахнущая травами тонкая ладонь.

– Ты ведь никогда не сможешь полюбить меня по-настоящему, – проникновенно проговорила Лана. – Я для тебя навсегда останусь созданием иного мира. К тому же ты знаешь, сколько мне на самом деле лет. Свою судьбу ты встретишь под колокольный звон.

Михаил даже не знал, плакать ему или смеяться. Любовь зла, а Андрей никакой не козел. Впрочем, в глубине души он понимал, что Хранительница права, и его чувства к ней – не более чем наваждение.

Незваного гостя он встретил на улице, с удовлетворением отметив, что тот не может проникнуть за границу опаханного наговорного круга. Михаил выходить к нему тоже не спешил, стоя возле невидимой преграды.

– А, столичный гость, – приветствовал его Константин Щаславович.

«Ах ты, выползень поганый, – подумал Михаил. – Решил подловить, как новичка». Но выглядеть невежей тоже не хотелось.

– А зачем приглашать? – проговорил он простодушно. – Хорошие люди сами приходят.

Бессмертный пилюлю проглотил, не подав вида. На красивом породистом лице не дрогнул ни один мускул.

– Как репортаж? – поинтересовался он.

– Пишется, – слукавил Михаил.

– Что насчет интервью?

– Когда вам удобно.