Дочь Водяного

– Я просил тебя вытащить из плена ребят, а не лезть в ловушку самому.

– Так надо, – веско проговорил Михаил. – Предупрежден – значит вооружен. А вы пока займитесь этими так называемыми «бойцами самообороны», – добавил он, показывая на карте координаты замаскированных в «зеленке» боевиков. – Но не раньше, чем я окажусь на месте.

Он отдал Балобанову зеркалку, предварительно подробно проинструктировав, кому на корпункте передать сделанные возле аула снимки. Потом, невзирая ни на какие возражения, снял бронежилет и каску: на пути к цели и внутри сомнительная защита сотовых пластин ему не поможет, а движения будет стеснять.

Проверил дудочку и, услышав ответ духов, зашагал по направлению к башне, ощущая солнечный жар и прохладу оберега Ланы.

Перламутровое зеркало

Вайнахские и сванские башни поэт не просто так назвал сторожевыми великанами, стоящими на часах у врат Кавказа. С высоты бойниц и машикулей долина просматривалась насквозь. Поэтому Михаил шел не таясь, ощущая спиной взгляды наблюдающих за ним боевиков.

Чем ближе подходил он к башне, тем меньше ему нравилось происходящее внутри. Конечно, духи пока подчинялись и показывали грозного вида абреков, занявших позиции на межэтажных переходах, телохранителей Ищеевой, ведущих наблюдение возле бойниц, и пленников, которых привязали к опорному столбу, выполнявшему в этом древнем сооружении исключительно сакральную функцию. Сама же ведьма из поля зрения исчезла, словно накрытая плащом-невидимкой. Да и призраки защитников башни затаились.

И если боевики и охранники для ведуна, владеющего путями тонких миров, проблемы не представляли, то в замысел правнучки шаманки пока проникнуть не удавалось. А это означало невозможность выстроить защиту. Впрочем, еще собираясь в этот рейд, он понимал, что в любом случае придется действовать по обстановке, поэтому пока старался не паниковать.

Как и рассчитывал Михаил, его ждали. Даже спустили приставную лестницу, ведущую к единственному входу на третьем или даже четвертом этаже.

Оставалось лишь подняться, исхитрившись не выпустить дудочки из рук. Другое дело, что площадка около проема почему-то находилась в слепой зоне. Там словно стояла некая преграда, проникнуть сквозь которую духи никак не могли.

Сначала Михаил подумал про магический круг вроде того, которым он три ночи оборонял их убежище на стационаре. Но такие заслоны выстраивали не против людей. Да и стоило ли его заманивать, чтобы в последний момент преградить путь.