Мир за мир

Только топот мерный, флейты голос нервный, да надежды злые.Всё слабее запах очага и дыма, молока и хлеба.Где-то под ногами, да над головами – лишь земля и небо…

«Земля и Воздух!» — озарило её. — «Лесная Сестра и Страж Вихрей! Так вот почему меня потянуло спеть именно этот романс! Они и сейчас с нами, и мы с ними. Всё будет хорошо».

* * *

Собрав свекрови сумку в больницу, Ирина опустошённо присела на кухне. Неужели – всё? Неужели так и лишат её ордена Лежачей Свекрови? «Да уж себя-то не обманывай!» — зло подумала женщина.

— «Он тебе нужен, этот пудовый орден? Ты ради чувства важности своей замученности уже всех задолбала, и саму себя – больше всего».

Она с тоской поняла – Маргариты Михайловны ей будет не хватать. Ругались-то они ругались, но жизнь-то по утрам, когда дети в школе, оставалась дома именно в этой, казалось бы, беспомощной старухе! «Это ещё вопрос, кто из нас старуха», — Ирина подошла к зеркалу. — «Глаза совершенно потухшие… Да в таком виде в приличной клинике в качестве пациентки появляться стыдно, не то что сопровождающей!»

От зеркала её оторвал звонок в дверь.

Артур и Ната, конечно же.

— Готовы? — поторопила Лесная Сестра. — Машина из клиники будет минут через двадцать.

— Я-то готова! — отозвалась Маргарита Михайловна. — Ириша, ну хоть оденься поприличнее, у тебя же есть во что. Наточка, помоги ей подобрать!

— Кстати, — спросил Страж Вихрей, — вы позволите мне остаться в квартире? Миколу встречу из школы, будем учиться.

— Да оставайся уж, ветрище! Чему учить-то будешь – хоть не ураган насылать?

— Вы полагаете, мальчишек надо этому учить? — Артур удивлённо поднял брови.

— Мне всегда казалось, что они сами кого угодно научат.

— И ведомо! — Маргарита Михайловна улыбнулась, явно что-то припоминая. — А это что у тебя?

— А это подарок, — Страж Вихрей сел рядом и протянул электронную читалку. — Миры! Бесконечное множество миров! Залил несколько книг, но если не понравятся, попросите врача – он зальёт, что скажете.

— «Залил» – это в смысле «записал», что ли? — рассмеялась старуха.

— Теперь буду знать, как сейчас программисты говорят. Олежка-то, бывало…

— Он что, программист?

— Да, увлекался раньше. Глаза у него такие были… А потом погас. Не подхватил никто! — с горечью вспомнила Маргарита Михайловна. — Он у меня как плющ – листья красивые, а сам по себе высоко не вырастет, опора ему нужна.

«А вдруг – не совсем погас? Вдруг – ещё тлеет?» — спросил себя Артур.

* * *

Низко опустив голову, она спускалась по ступенькам.