Сердце Зимы

– Я Марфу ищу!

– Есть такая, – улыбнулся леший, – русалка. Водяного младшая дочь. Только сейчас с ней ни о чём не договоришься, глупости у неё в голове.

– Что за глупости?

– Смертного полюбила.

– А чем это плохо?

– Да ты, я вижу, совсем ничего не знаешь про дела наши Водопьяновские… – грустно усмехнулся леший. В этот момент Мурик вылез из рюкзака.

– Придётся самому представляться! Кот Мурчелло, честь имею, – сказал он. Леший вытаращил глаза от удивления.

– Это что за диво? Даже у нас таких не водится!

– А Кот-Баюн как же?

– Да уехал он давным-давно.

Ну, пойдёмте в дом, чаем вас напою. Да, кстати, растительность твою надобно убрать! – леший пощёлкал пальцами над головой Ангелины, мох и цветы исчезли. – У нас так днём не ходят, под человека надо маскироваться!

– Спасибо! – сказала она, не сумев скрыть радость в голосе.

– С незапамятных времён в этих местах наши селились, – начал свой рассказ Харитон, разливая ароматный травяной чай по красным кружкам. – Давно раскол этот произошёл среди нечисти.

Одни с людьми в мире жить желали, а другие нет. Вот те, которые в мире желали жить, и пришли сюда. Строили здесь дома. Лешие, дриады да болотницы в лесу селились, водяные с русалками в реках. Места всем хватало, а потом и люди пришли. Уживались мы с ними неплохо, как с соседями. Вурдалаки, которые из наших людей не кусают овец только, и то не до смерти. Оборотни на полную луну в лес убегают. Так что вреда от них людскому племени не было. Прежде люди с природой в ладу жили… А потом понастроили они всего, леса вырубать стали, да реки загрязнять. Враждовать стали наши с людьми. Люди нами детей стали пугать, наши людьми. А потом и вовсе глаза замылились и у тех, и у других. Друг друга видеть перестали. Ведь не всякий человек нас видит, даже если мы под носом у него. И наш не всякий видит людей. Дошло до того, что даже сомневаться стали: а есть ли соседи-то? Аль придумки всё это? Вот нынче люди, которые в Водопьяново живут, одно знают: в местах этих нечисти полно. Одни боятся по ночам из домов выходить, другие же, кто похрабрее, охотятся на нашего брата с кольями осиновыми да с пулями серебряными. А нашим что остаётся? Только тем же отвечать, примыкать, стало быть, к тем отщепенцам, что роду людскому вредят. А ведь мы их издавна терпеть не могли! А отчего всё? Забыли заветы дедов прадедов, что много мудрее нас были. Такая вот история.

– Да грустно… – сказала Ангелина, подняв глаза от чашки.