Автопортрет с отрезанным ухом

Это меня жутко поразило, я привык, что с таким диагнозом у нас девочки примерно моего возраста, а Римма выглядела старше моей мамы. Конечно, девочки вырастали, становились женщинами и даже бабушками, но я отчего-то этого не ожидал. Они, казалось, всегда должны оставаться Питерами Пэнами.

Римма была серьезная, внимательно следила за своим пакетом с вещами, даже не дала мне понести его. Держалась она настороженно и немножко сердито. Поэтому я даже чуть-чуть засомневался, стоит ли мне предлагать ей такое:

— А хочешь, я принесу тебе мягкую игрушку?

— Хочу, — сказала она и отвернулась от меня.

Римма самостоятельно стала раскладывать вещи в тумбочку, ей не нужна была помощь. Я не успел спуститься за игрушкой, одну женщину вырвало, надо было убираться, и только я закончил, Оля принудила меня рисовать ей таблички в компьютере. Не потому что она была в этом неловкой, а потому, что времени не хватало, так и сказала. После обеда я тоже не успел нормально встретиться с Риммой, ее увели на какие-то обследования.

Все дела, погряз в них, как в долгах перед сессией.

Когда я зашел в очередной раз наполнять ведро для мытья полов, я не обнаружил его на месте. Сначала я подумал, что, может быть, кто-то из жительниц решил помочь мне. Я прошелся по этажу, нет, никто не работает. Я снова вернулся в прачечную, и, когда открыл дверь подсобки, увидел Зою. Она стояла прямо за порогом, ее голова была чуть опущена, а в руке она держала мое потерянное пустое ведро. Я выругался так громко, что услышал смех Василенко где-то в коридоре.

— Ты нашел безумцев. Зачем ждать, когда срок истечет? — спросила она, не поднимая головы.

— Я помню об ухе! Все делаю для этого, но у меня еще есть время!

— Ты нашел. Маешься выбором? — ведьма подняла голову как-то под наклоном, как змея. Может быть, принюхивалась ко мне.

— Мне надо рассмотреть все варианты, — звучало слишком цинично, поэтому я добавил: — то есть всех кандидатов.

И это звучало плохо, но в такой щекотливой ситуации я не мог придумать ничего лучше.

— Отрежь мочку сейчас, кинь в ведро, и я сварю свое зелье прямо здесь.

Она хлопнула ведром об пол и полезла себе под юбку, должно быть, у нее там был карман с внутренней стороны. Я надеялся на это, в пиджаках же есть. Зоя стала доставать оттуда горстями гусениц и скидывать их в ведро. Они были даже симпатичными, салатовыми, хотя попадались среди них и черные. Но мне все равно стало немного противно.