Автопортрет с отрезанным ухом

Мысли лезли ко мне в голову, толпились, выталкивали друг друга, как мои девочки, когда я раздавал им йогурты. Я подумал и о новой сюжетной линии для Горацио, и о том, как восприняли мои картинки читатели блога Аркаши и Сережи, и, конечно, о песцах. Я думал, что и дома не смогу заснуть, но как только лег в кровать, мгновенно погрузился в сон. Стресс делает с нами невероятные вещи.

Я проснулся после обеда, проспал всего часов пять, но зато почувствовал себя настоящим рабочим человеком. Мне снились женщины из интерната, очень тревожно все было.

Будто бы началась Вторая Мировая Война и всех забрали на фронт, за девочками некому было ухаживать, и я, герой, пришел за ними, и мы выживали. И каждая из них была такой важной, индивидуальной, но обязательно героической.

У мамы был выходной, и я без умолку вещал о том, что видел в первый рабочий день. Мне так важно было поделиться, хотелось, чтобы она полюбила девочек вместе со мной, поэтому я жутко злился, если мне казалось, что она отвлекается и пропускает даже маленькую детальку.

Когда мама обалдела от моих рассказов, я хотел пойти порисовать. Я должен был сделать иллюстрацию для какой-то статьи Аркаши и Сережи про женщин и права. Я так и не понял, оскорбительно или прилично открывать дверь перед дамой и подавать ей пальто, но мне было неохота вникать. Аркадий сам дал добро на то, что я мог особенно не вчитываться в их статьи. Я обратил внимание лишь на несколько прикольных фразочек, которые меня развлекли.

«И если радфемки выйдут на улицу крушить членоносцам черепа берцами, я выйду вместе с ними не потому, что я топлю за права, а потому, что старое доброе насилие — это всегда прекрасно для настоящего мужика».

«Женщина ты, даун, безногий ветеран или котеночек — всем плевать, тебя все равно растерзают в России. Это гейропейцы вечно задаются вопросами: а что скажут мусульмане? А что подумают трансгендеры? А не обидятся ли жирдяи?».

«И уйти, полируя чьим-то бедром стол, — мечта любого такого нормального диванного героя, который в младенчестве хотел стать космонавтом».

Я уже включил компьютер и взял перо в руку, когда меня поразила ужасная мысль: я плохой человек. До начала новой смены оставалось полтора дня, и в первую очередь я должен был найти куклу для Фадеевой. Конечно, я мог ее купить, мне не было жалко, но ведь, скорее всего, в ближайшее время мне придется искать большие деньги, и если есть шанс сделать что-то бесплатно, я не должен его упускать. Таки нет.