День Полыни

В принципе, они держатся так, словно все остальные расы соседствуют с ними по досадному недоразумению.

К несчастью, мы шли с той же стороны, что и нападавшие, и ежеминутно рисковали схватить стрелу, что во множестве сыпались с крыш. Домики тут невысоки, в надземных этажах в основном лавки, и крыши у них плоские. По счастью, гномы никакие стрелки. С другой стороны, этот недостаток компенсируется у них количеством граждан, выступающих заодно. У них ведь не только луки: с крыш сыпались камни, вдоль улиц стреляли прикрытые завалами многозарядные арбалеты.

Кое-где наступавшие все же прорывались, с тупой злобой разнося в щепы и баррикады, и громоздкие стрелометы, если гномы не успевали оттаскивать их при отступлении.

Я думаю, здесь было горячее, чем под эльфийскими стенами. Там, по существу, нечего взять, кроме самих эльфов. Настоящие сокровища исстари хранятся в гномских подземельях: таковы легенды, и у легенд есть основания. Лучшие ювелиры — гномы, и они же первые ростовщики и финансисты: с тех пор, как золото и самоцветы сдали позиции ценным бумагам, гномские банки аккумулировали в себе львиную долю капитала.

Не то, чтобы оркам хватало ума желать чьи-то именные акции, но они вполне понимают, где их грубая сила способна нанести максимальный ущерб.

На всех фабриках, где орков нанимают исполнять примитивные или даже вовсе грязные работы, не требующие особенной квалификации, гномы занимают привилегированные должности: прорабы, мастера, инженеры.

Разница в оплате и условиях труда вызывает у низших пролетариев дикую ненависть, а Полынь — лучшее время этой ненавистью посчитаться.

К тому же лучший эль варят именно гномы, и до этого эля орки хотят сегодня добраться.

Мы вжались в стену: это казалось самым умным, когда с обеих сторон узенькой улочки с крыш на головы валились кирпичи. Орки как раз прорвались за баррикаду, и защитники, кто поумнее, удирали во все стороны и врассыпную, в подворотни.

Мы благоразумно пропустили орочье вперед себя, зажимая носы от неизбежной вони: до тысячи чешуйчатых спин, прикрытых обносками колыхнулись мимо нас. Ритмично движущиеся локти, черные жала мечей и копий. Давка.

— Или мы ошиблись, и пацан вовсе не сюда двигался...

— ... или на нем отводка, − закончил Дерек.

Мощеная улочка шла в гору и круто заворачивала на подъеме.