Срезы

И было от чего, на перроне валялось три огромных мешка, сделанных из грубой самотканой ткани, в которым отчетливо угадывались человеческие силуэты и более того, они шевелились.

- Это что? – ошарашено спросил парень.

- Колян, это товар. Давай быстрее, время жмет - как ни в чем не бывало сказал Ярополк.

- Но в мешках же люди - и в подтверждении этих слов из мешка послышался женский голос, слова вроде и знакомые, но смысла не понять, будто говорит какой-нибудь Чех или Болгарин.

- Мы люди, а в мешках товар - отчеканил холодным голосом Ярополк, - Это понятно?

- Ты псих? Какой на… товар - Колян было дёрнулся к завязке на мешке, но был вынужден отпрянуть, заострённая арматура просвистела в нескольких сантиметрах от лица парня.

- Я тебе помог, все объяснил, а ты вот так значит, сука. На доброту злом и предательством - брызгая слюной, шипел Ярополк, железный прут в руке нервно дрожал.

Откуда взялся у работорговца кусок металлического прута, Колян даже не задумался.

Он отступил на несколько шагов, силясь придумать, как действовать дальше, как спасти несчастных. Тем временим возле них остановился ЗиЛ с открытым заднем бортом, а дальше, по перрону два десятка людей сноровисто грузили мешки в другие транспортные средства, от стандартных прицепов, до саней впряжённых в тройку лошадей.

- Схватил и закинул - приказал растерянному парню бывшей приятель.

- Иди в жопу - прохрипел он в ответ, приготавливаясь к драке, становиться соучастником столь грязного дела он не собирался.

В звенящем напряжении хруст снега был подобен звону церковных колоколов. Колян скосил глаза и охнул, уходя в перекат. Два мужика с взлохмаченными бородами и в тулупах пытались обойти его, в руках они сжимали уже знакомый мешок, как в какой-нибудь старой комедии.

- Иль валшан елег - крикнул один из них, доставая обрез из ворота тулупа.

Более попыток спасти пленых Колян не предпринимал, он сноровисто укрылся за деревом в ожидании выстрела.

Горе скиталец и до этого не совсем понимал, как бороться против арматуры, а тут еще подмога поспела, с огнестрелом. Даже в глупых боевиках удачливый и лихой герой не пёр напролом против обреза, а тут реальность. Лишь бы от страха голову не потерять и не кинуться на утек, не разбора дороги. Как выяснилось, мистика пугала по-своему: заползая в голову и растекаясь маслянистым мазутом, поглощая сознание.