Психотерапевт для нечисти

Ну, Тихон, попадись мне только! Разберусь же я с тобой!

– А вообще, у меня все хорошо, жаловаться особо не на что, – тем временем продолжил вампир. – Зашел, так сказать, поздороваться. Проблема у меня была, но я успешно с ней справляюсь. Меры, понимаете ли, в еде не знаю. Но теперь я себя контролирую. Обычно контролирую.

С этими словами он выудил из внутреннего кармана серого пиджака плоскую металлическую флягу. Неспешно свинтив крышку, вампир сделал небольшой глоток. Я почувствовала, как к горлу подкатил комок, и поспешила отвернуться.

Максим сглотнул, криво улыбнулся и с интересом уставился на то место, где росло черное дерево. Вампир его явно видел, в отличие от оборотня, который в порыве эмоционально-бессвязного монолога о бедах, обрушившихся на его мохнатую… спину, несколько раз прошелся туда-сюда, прямо через ствол.

Наша беседа с вампиром больше напоминала ожесточенный философский бой, нежели прием у психотерапевта. Мы кричали и ругались, вернее, это делала только я, вампир же парировал метко и безэмоционально.

Под конец я так раскраснелась и вспотела, что сын ночи уже не таясь начал заглядываться на венку, живо пульсирующую на моей шее из-за переизбытка адреналина. Я вовремя опомнилась, повернулась к нему другим боком и свернула общение в более спокойное русло. Во избежание.

Когда спустя час Максим уже выходил, я все-таки вспомнила про формулу.

– Положенное время вышло. Этот дом закрыт для гостя, – поспешно протараторила я в спину удаляющегося вампира.

На пороге Максим обернулся, снова хитро улыбнулся и погрозил мне пальцем.

Дверь беззвучно закрылась. Когда я через мгновение распахнула ее, чтобы сказать вампиру о забытых вещах, того уже и след простыл, словно сын ночи попросту растаял в воздухе.

На низком стеклянном журнальном столике, расположившимся перед диваном, лежал белый конверт. Я пропустила тот момент, когда конверт там очутился, но была готова поклясться, что до прихода вампира его на столике не было. Сверху, словно в насмешку, лежала гематогенка в пестрой упаковке.

Я долго не решалась прикоснуться к конверту, обходя столик со всех сторон. Даже снизу через стекло на него посмотрела, но ничего подозрительного так и не обнаружила. Наконец, любопытство перебороло, и, плюнув на потенциальную опасность, я вспорола белую бумагу тупыми старыми ножницами, валявшимися на подоконнике. В конверте обнаружилась на удивление пухлая стопка банкнот и довольно лаконичная записка.

«Это на чай. Есть дело. Оно и в ваших интересах.