1910-я параллель: Охотники на попаданцев

Приветливая дама, фельдшер, провидец, три смены операторов машины поиска пробоев, связистка на дневной рабочий день. Группа поддержки, караул и наряд выделяется от пехотного полка на постоянной основе. Обслугу сам нанимаешь. Точка.

Мы замолчали. Каждый обдумывал своё. 

Я же решал, что делать дальше. Ведь налицо было уже два опасных проникновения. И пусть барон говорит, что этого дикаря я сам сподвиг на стрельбу, но что-то мне подсказывало, что он и без меня бы начал убивать. Да, если не брать в расчёт тех террористов, ранее были только мирные потеряшки, как называли пришлых, которых самих приходилось отпаивать чаем, кормить и устраивать в пансионаты.

Но для уездного города слишком много трупов за эту неделю. И среди них были мои люди. Не какие-то там, а мои.

Я вздохнул. Да, этот мир мне не совсем родной, но я за эти три года начал привыкать к такому половинчатому бытию, составил новую карьеру, приобрёл новых друзей, а ведь мог кончить как некоторые – в психушке. Я был очень признателен барону, и стараюсь его не разочаровывать.

Он это знал и пользовался сим моментом без зазрения совести, хитрый пройдоха.

В коридоре послышались звонкие шаги и скрип новеньких подкованных сапог, а через несколько мгновений в дверь осторожно вошёл, придерживая полагающуюся ему по должности шашку, городовой в чине старшего унтер-офицера в мокрой шинели и грязных сапогах. Полицейский окинул взглядом помещение и остановился на бароне, который молча и хмуро наблюдал за вошедшим. А из-за спины полицейского выглянул худощавый холеный адъютант начальника.

Он брезгливо морщился, глядя на стол с телом. Впрочем, не он один.

– Ваше превосходительство, – почти шёпотом произнёс городовой, вытянувшись по струнке, – нашли.

– Что мямлишь? – буркнул Бодриков, – боишься, покойник проснётся?

– Никак нет, ваше превосходительство, но покойницкая всё же.

– Не тяни.

Полицейский, скрипя сапогами, подошёл к нам и осторожно, стараясь не шуметь, положил на край того стола, где горела одинокая лампа два небольших предмета.

Они в свете дрожащего огня блестели серебристым металлом.

– Спасибо. Иди, – произнёс барон, после чего сложил губы трубочкой и стал рассматривать смятые комки серебра, покрытые нагаром и небольшими крапинками кирпичной крошки. Он медленно приподнял руку и взял эти комки, оказавшиеся на поверку серебряными пулями, сплющенными о стену проходной завода. Глаза его превосходительства заблестели, как это бывало всякий раз, когда он натыкался на интересную задачку.