Ойме

А вот если бы на твоём месте была женщина-огонь вроде Тины, – Марина указала подбородком на администраторшу, – что бы сделала эта баба-дура?

– Что? – Лёка смотрела, как Тина, прижавшись плечом к простенку, разговаривала по телефону. Наверное, с Робертом.

– Что. Да ничего. Когда появится настоящая хищница и станет активно отбивать у неё парня, баба-дура будет делать вид, что ничего не происходит. Максимум – напишет пару слезливых постов в женских группах. Мол, у её парня другая, а она всё знает, но молчит, а сделать ничего не может.

– Ты думаешь? – с сомнением спросила Лёка.

– Я знаю. – Марина смотрела на букет из сухих листьев. – Сама так делала. Когда появилась Каролина. Её-то не заблочишь. Вернее, я пыталась, но она рассказала Егору. Он понял, что я залезла в его телефон, и устроил скандал. В общем, в нашем случае дурой была я.

– Н-да. – Лёка снова оглянулась на Тину, которая мурлыкала что-то в трубку, пальчиком водя по обоям. – И что парням в таких девицах нравится?

– А давай спросим, – задорно улыбнулась Марина.

Лёка резко обернулась. Оказывается, мимо буфета с букетом разноцветных листьев как раз проходил Август. Он остановился и уставился на Тину, которая стояла к ним спиной.

– Ну? – не глядя на Марину, спросил Август.

– А почему вам, мужчинам, нравятся именно такие девушки?

– Какие? – Август так и таращился на Тину.

– Ну вот как твоя подружка.

– А какие должны нравиться? – Август наконец повернулся к Марине.

У Лёки обычно при его близком появлении щёки пылали, и она поскорее отворачивалась. А теперь ещё сильно защипало в носу и глазах.

– Слышь, Серпень, а ты не офигел часом? – громко, с вызовом, спросила Марина. – Думаешь, раз сынок хозяйки, так всё можно?

Задавить слёзы не получилось, Лёка против воли разревелась.

– А чего я сказал? – насмешливо спросил Август.

– Что происходит? – спросил голос Валерия Алексеевича.

– Ничего особенного, – ответил Август. – Просто назвал страшилу страшилой, вот и всё.

Где-то хихикнула Тина. Этот звук подействовал, как спусковой крючок. Лёка, не разбирая дороги из-за пелены слёз, рванула прочь из буфета. Отшвырнула кого-то с дороги, споткнулась, врезалась в угол. Потирая ушибленную бровь, добралась-таки до раздевалки. Стащила униформу, бросила куда-то.

Попыталась остановиться.