Линии Леи

Надо поскорее сделать тебя неживым, чтобы не отвлекаться с приходом других.

– Эй, эй! Ты же не серьёзно? Мы только разговорились, можно сказать – почти подружились, и после этого ты хочешь меня убить?

– Ну да, – уверенно подтвердил Аллардайс. – Твои наивные представления о дружбе забавны, в других условиях я бы даже хотел обсудить их. Но ты уже слишком сильно разочаровал меня враньём и глупостью.

Глаз улитки оценил горбы, казавшиеся сейчас неожиданно красивыми в подсветке из четырех ярких лент с каждой стороны.

Брякнул зажатый в ладони коммуникатор. "Я вспомнил про воблу! Уже бегу! Продержись ещё пять минут" – гласила надпись. Кто-то определённо сошёл с ума.

– Да, решение принято, – завял тем временем моллюск. – Сделать неживым самого себя в сложившихся обстоятельствах не рационально. Лучше будет ускорить процесс.

Не вдаваясь в объяснения, какой именно процесс будет ускорен, улитка надвинулась на меня, придавив к полу по самую грудь.

Я бился в панике.

Бросил коммуникатор и сделал то единственное, на что пока ещё был способен. Ухватил обеими руками и изо всех сил сдавил глазной стебель.

Он был довольно упругим и сильным, но подался вбок под моим отчаянным напором. Согнулся пополам, глаз упёрся в землю. Вот так, всё просто!

Вибрация не прекратилась. Край тела улитки в прежнем темпе продолжал подбираться к моей груди. Как только я ослабил хватку, стебель вжался в туловище, затем вновь поднялся и повернул глаз к моему лицу.

– Это бессмысленно.

Я в любом случае смогу отрастить себе новый, – равнодушно пояснила улитка.

Ах так? А что ты скажешь на такой фокус?

Я кое-как оторвал левую ладонь от стебля, радуясь, что сверху слизь менее густая. Протиснул между собой и полом, чтобы не вляпаться окончательно. Потянулся к поясу. Простите за буквальность и реализм, я задницей чувствовал своё последнее средство обороны. В заднем кармане брюк лежал мой любимый мощный фонарик, под весом улитки весьма болезненно впивавшийся сейчас в ягодицу.

Как только я задрал куртку, улитка коснулась моего живота. Последовал удар, по ощущениям гораздо сильнее похожий на электрический. Словно под ребра мне ткнули электрошокером. Я едва не лишился сознания, но и Аллардайс тоже испытал что-то похожее.

– Пожалуйста, не сопротивляйся, – пробурчал он невнятно, словно пьяный. – Как только я закрою твои дыхательные отверстия, страшно уже не будет.

– Нет! – заорал я в ответ.