Видишь Суслика?

Вот предки и похожи характером».

Он почувствовал, как защипало глаза, но не понял, тогда или сейчас, в лазарете. Не стоило вспоминать о родителях.

Сумка своим весом настойчиво предлагала остаться на платформе и не карабкаться по лестнице. Но отступать было некуда, учебный год протягивал свои жадные ручонки к жертве.

Внезапная преграда заставила Кадзуо окончательно вернуться в грешный материальный мир. Хоть и с некоторым опозданием. Суетливая натура Суслика, помноженная на собственный вес и бабушкину заботу, сыграла роль шара для боулинга.

Четыре рослых кадета будто кегли попадали на ступени лестницы.

«Страйк!» – хохотнул Вал.

Участников импровизированной партии в боулинг результат почему-то не обрадовал.

Кадет слева с диким криком «Аники!» бросился поднимать лидера группы. Тот среагировал мгновенно, вскочил на ноги и развернулся. Увидев обидчика, он нанёс удар ему в глаз, заслуживший бы одобрение инструкторов по боксу. Неуклюжего Суслика отнесло минимум на полтора метра, баул преданно следовал за владельцем и добавил ему инерции.

Мир перед глазами завертелся. Парень потерял ориентацию в пространстве и отдался на милость мироздания. Первым на бетонный пол шмякнулся баул.

Дзыньк! – напомнили о себе бабушкины банки с вареньем.

Бздыщ! – не отстали от них банки с сухофруктами!

– Ксо-ксо-ксо! – воскликнули Суслик и Вал хором, живо представив себе, как носки и трусы заполняются вареньем, а книги, начинённые орехами и курагой, заливает карамельный соус.

Приземлившийся сверху мальчишка стал последним гвоздем в крышке гроба Сусликовых запасов.

Кадеты, с которыми ему повезло столкнуться, проявили чудеса армейской смекалки. Услышав трель полицейского свистка, а также стоны Суслика, уже успевшего открыть сумку и перемазаться в чем-то красном, отчего издали он стал напоминать смертельно раненого, хулиганы подхватили под руки своего, всё ещё горящего праведным гневом «аники», и спешно ретировались к отбывающему от станции автобусу.

Подоспевший полицейский со служащим станции застали картину, достойную пера Акутагавы Рюноскэ.

Ей подошло бы название «Фудзивара Кадзуо в один из своих дней, ожидающий поезд из Ада у ворот Расёмона».

Суслик растерянно размазывал по лицу слёзы и варенье. Его костюм пока еще намекал на то, что несчастное создание учится в местной престижной кадетской школе.

Вал усмехнулся, глядя на растерянного полицейского. Наверное, тот мысленно проклинал всех и вся, представляя сколько бумаг придется заполнять.