Сладость, гадость и ночь наоборот

Киссия выглянула из-за дверного проема, оглядывая небольшой внутренний дворик и площадь, раскинувшуюся за ним. Пустота. Даже немногочисленные прохожие выбрали другую дорогу, а у магазина стояли лишь оранжевые тыквенные головы и вывеска, обещающая скидку. Лиары не было.

— Куда она пропала? — проворчала девушка-кошка, закатывая глаза и протяжно выдыхая, прежде чем переступить порог лавки.

Но не тут-то было. Дверное полотно пришло в движение раньше, чем ее нога коснулась земли.

Деревянный сруб закрутился на петлях, со свистом и грохотом прилетая обратно в проем, запечатывая надежно вход в лавку. Киссия едва успела отскочить, чтобы не оказаться на его пути, и налетела на злополучное радио.

— Ауч, — прошипела она, потирая ушибленное место. На коже явно расползется лиловая гематома в ближайшие пару минут, чтобы сразу же исчезнуть. Хорошо, что платье скроет участок.

Глядя недовольно на дверь, Киссия снова подошла к ней вплотную, опуская пальцы на холодную металлическую ручку.

Провернула, толкая дверь наружу.

Но та осталась на месте, плотно сидя в коробке и не сдвигаясь ни на миллиметр.

— Что за черт, — выругалась ведьма, толкая еще раз. И еще. Дверь осталась невосприимчива к ее усилиям.

Киссия раздраженно повела плечом, разминая пальцы. Был лишь один человек (или не совсем человек), который мог бы это сделать.

— Лиара Ильина, открой немедленно, — возмущенно крикнула в дверь ведьма, со всей силы ударяя поставленным кулаком по дереву.

Прислушалась.

С той стороны никто по-прежнему не издавал ни звука.

— Очень смешно, — закатила глаза ведьма, потирая саднящие костяшки пальцев.

Ситуация, между тем, была даже забавной. Киссия ждала весь день возможности использовать магию, и, наконец, она появилась. Выставив вперед обе руки, складывая в воздухе руны, ведьма перебирала в уме подходящие формулировки на арцевитском2 языке, раздумывая над тем, чем именно сломать дверной замок.

— ₣uэrи...3 — заговорила она, вкладывая в голос и движения пальцев силу, необходимую для сотворения заклинания.

Но голос сорвался, когда вместо привычного ощущения тепла от магии тело обдало замогильным холодом, а разноцветные лампочки, освещающие тусклый торговый зал, внезапно вразнобой замигали, то позволяя увидеть весь интерьер, то погружая лавку в темноту.