Застенец

Точнее уж, что вообще мы сюда пришли. Потопали изрядно. Знал бы — взял извозчика. Но раз Самарин говорил, что этот человек мне поможет, значит, так и было. У меня тут не выстраивается очередь из благодетелей. А вот убить уже дважды пытались. Там, в моем мире, и здесь.

Тем более, как выяснилось, я не так уж и безнадежен. Как-то же смог создать целую Эгиду, К тому жеплетеное. С такими данными некоторые из лицея выпускались.

Только вот после наступил опять стопор. По пути сюда я мимоходом пытался выковать на Ефима то же Благословение, пустяшное заклинание седьмого ранга.

И вновь потерпел фиаско. Кончилась сила или, как называют это в компьютерных играх, мана? Вряд ли. Когда маг опустошался, прям совсем, то либо терял сознание, либо впадал в кому. Примерно подобное случилось тогда, перед моим домом.

Зеркало оказалось слишком сложным заклинанием для того, кто никогда не колдовал. Вот меня и вырубило. Но именно сейчас я чувствовал себя удовлетворительно, если не считать многочисленные синяки. Тогда в чем дело? Я ожидал, что на этот вопрос ответит Будочник.

Я приду, он посмотрит и вынесет диагноз с выпиской рецепта. А что? Было бы неплохо.

— Коля, мы пойдем тогда? — поинтересовался Ефим.

Он вообще был парень задиристый, и не робкого десятка. Однако чем ближе мы подходили к синему домику, тем больше бледнел Ефим. А теперь и вовсе с лица спал. Либо у него анемия, либо он очень не хочет здесь быть. Что сказать, дополнительной уверенности мне это не придало.

— Конечно, — я пожал руку каждому из них.

— Тогда до завтра? — неуверенно спросил Вадим.

— Ага. После лицея я к вам. Начнем, так сказать, с азов. Ведение мяча, короткие передачи, думаю, разучим какой-нибудь простой финт.

Толстый повеселел, а вот Ефим по-прежнему был мрачен. Словно сомневался, что мы вообще встретимся.

Я поглядел вслед пацанам и перевел нерешительный взгляд на домик. Да и не домик, действительно, какую-то будку. Словно собранную для собаки из того, что валялось под рукой. Его уже и синим-то назвать можно было с большим трудом, из-за облупившейся краски.

И выглядел он совсем плохенько на фоне многоэтажных доходных домов соседей. Будто бы даже был не из девятнадцатого века, а восемнадцатого. Но делать нечего. Зря, что ли, мы сюда топали? Вошли и вышли, приключение на двадцать минут, как говорил один современный классик.

Стучать пришлось долго. У меня даже костяшки пальцев заболели. В какой-то момент я почему-то обрадовался, что Будочника нет дома.