Сказка о сером человеке: Падение

— Ты просто не оставил мне выбора, — скорбно вздохнул Лукас. Алексис встал из-за стола и покинул кухню.

Буквально через пару часов, сидя в своем кабинете, Алексис услышал под дверью гитарные переливы и пение Лукаса и буквально схватился за голову.

— Боже, дай мне сил и терпения, — взмолился он.

So please, forgive me

For I know not what I do

So please, let me save the hands

I've been falling through on my way back to you

On my way back to you...(2)

Высоким голосом пел тот.

Алексис с посеревшим от злости лицом, уже созревший для убийства, резко распахнул дверь.

Стихийное бедствие сидело прямо за дверью на полу, скрестив ноги, и бренчало на гитаре.

— Ты что здесь делаешь? — выпалил Алексис.

— Репетирую, — как ни в чём не бывало ответил Лукас, обернувшись к нему.

— Почему под дверью моего кабинета? — закипая от злобы, спросил Алексис.

— Ты знаешь, я тут внезапно понял, что именно здесь самая хорошая акустика во всём доме, — серьезно ответил Лукас.

— Чего ты в конце концов добиваешься? — не на шутку разозлился Алекс.

— Чтобы ты простил меня. Ты же меня любишь, — привел он последний аргумент. Алексис со злостью захлопнул дверь.

На следующий день к вечеру он вернулся домой немного уставшим. Пришлось ехать на вызов, но всё прошло относительно гладко. С Лукасом они не общались, трудно было сохранять дистанцию, находясь в одной группе. Алексис не знал, вернулся ли тот домой или где-нибудь завис с приятелями. После того как он принял душ и поужинал в одиночестве, решил почитать что-нибудь, лёжа в постели.

Однако его уединение было грубо нарушено. Дверь его комнаты распахнулась, и на пороге появился Лукас. Он плюхнулся на кровать рядом с братом. Парень выхватил у него из рук книгу и, схватив его в охапку, прижался к его спине.

— Лукас, убирайся из моей постели и из моей комнаты, — с негодованием заявил он, пытаясь безрезультатно выбраться из его объятий.

— Ещё чего. Помнишь, как в детстве. Я частенько приходил к тебе ночью, — произнес Лукас, зарываясь лицом в его всё ещё влажные волосы.

— Лукас, я не собираюсь предаваться с тобой воспоминаниям, — упрямо произнес Марсан-старший.

— Брось, Алекс. Мы же всегда и во всем помогали друг другу. Ты защищаешь меня там, я защищаю тебя здесь. Неужели до сих пор не простил меня? — продолжал Лукас.

Алексис раздраженно оттолкнул брата и сел на постели.

— Ты всегда был безответственным. Тебе всегда потакали, как младшему. Но это не значит, что я тоже должен прощать все твои выходки.