Тени города Энска

При виде гостя она сначала распушилась, сверля зелеными глазищами, а рассмотрев пристальнее опять, свернулась калачиком и замурлыкала пуще прежнего, иногда приоткрывая один глаз и посматривая на этакое диво. Анна Никитична засуетилась, поставила букет в вазу, затем попросила гостя к столу, усаживая его против пузатого медного самовара, накрытого сверху кружевной салфеткой. Стаса всегда интересовал вопрос, использует ли их кто-нибудь как прежде, или же они хранятся как память. Но этот самовар пыхал жаром, сияя полированными начищенными боками, а под его носиком уже стояли наготове чашки.

Тоже старые, древние, как и все тут, исключая разве что припорошенный пылью маленький плоский телевизор.

— Анна Никитична, извините что вот так, с пустыми руками.

Стас положил на средину стола коробку с покупным печеньем, которые и подарком то не считал. Ходить же в гости с пустыми руками было и вовсе непривычно. Однако старушка только отмахнулась.

— Полно вам, Станислав Андреевич. Много ли такой старухе как я надо? Разве что капельку внимания.

— Пожалуйста, если можно, называйте меня Стасик, я же вам во внуки гожусь.

— Ну коли так, Стасик – улыбнулась старушка, наполняя чашки кипятком из самовара – то и ты называй меня бабой Аней. Мы ведь люди простые, деревенские, хоть и при городе живем.

Она пододвинула к нему накрытую полотенцем эмалированную миску, в которой горочкой высились румяные, только из печки пирожки. Стас растянул рот в улыбке, это ж сколько лет он таких не ел. Чай пах травами, которые довершали картину, и не было мышиного духа, об этом заботилась кошка трехцветка.

Она села слева от хозяйки, изучая гостя изумрудными глазами. Та погладила ее сухонькой рукой:

— Ну что, Мурочка, покажем Стасику старые дневники? Нравиться он тебе? Ну и мне нравиться.

Стас потягивал душистый чай, и угощался пирожком с творогом, такие же пекла и его бабушка. Баба Аня положила на стол пожелтевшую толстую тетрадь, бережно разгладила ее рукой.

— Это дневники капитана Эрика Груббера, бывшего в Энске во время войны гауляйтером.

Мы нашли их во время последнего рейда партизан. Наши войска подходили с востока нанеся удар от Сталинграда…

— Простите, так сколько же вам будет лет… - изумился гость, обжигая руки выплеснутым чаем.

— Да уж лет сто будет, Стасик. Не извиняйся, в моем возрасте стесняться своих лет уж не пристало.

— Однако вы очень молодо выглядите, извините…

Баба Аня рассмеялась каким-то удивительно молодым смехом.

— А я травки разные собираю, внучек.