Алое золото осени

— Разумеется, — Анжела взяла со стола квадратик писчей бумаги, написала свой телефон и протянула. Рука невольно легла на её пальцы и чуть задержалась, впитывая тепло. — Звоните в любое время.

Обворожительно улыбнувшись, Анжела выплыла из кабинета.

Из спины, словно выдернули штырь, и плечи опустились. Что за чертовщина? Лисицкий дрожащей рукой вытянул из кармана клочок бумаги, что подобрал перед приходом богини. Кто-то порвал вот такой же квадратик, на каком она написала свой номер, в клочки, а один кусочек с написанной цифрой «8» упал и замер в тисках пластиковых деталей подставки под системный блок.

Мусор давно выбросили, а жаль. Клочок бумаги лёг между страниц блокнота, туда же номер заместителя гендира, Анжелы Викторовны.

Следующим пунктом остановки была местная городская больница, а затем оба городских морга. В больницу тяжёлых больных за последние трое суток не поступало. В травмпункте Круглова не видели.

В морге при больнице Лисицкий неожиданно встретил давнюю знакомую, Татьяну Юрьевну Еговскую, с которой познакомился полгода назад при странных обстоятельствах.

Не знал, что она паталогоанатом при местном морге. Татьяна встретила его радушно и даже согласилась помочь в его странном деле.

— Может, чай? — Татьяна Юрьевна почти с радостью пригласила в кабинет.

— Нет, спасибо. Надо сегодня многое успеть...

— Успеется, как твоё здоровье?

После ранения она тоже приходила в больницу, приносила какие-то вкусности, хотя Лисицкому было странно видеть вокруг себя столько неравнодушных людей в незнакомом городе.

— В норме, спасибо, — нужно о чём-то спросить, хотя бы из вежливости.

— А Андрей Васильевич у нас опять кочует по больницам, — предупредила его вопросы Татьяна, — старая травма.

Андрей Васильевич — это её муж. Он не мало помог тогда, полгода назад. Что сказать? Что ему жаль? Это глупо. Не так близко они знакомы.

— Позволишь, я взгляну на тела...

— Конечно, — Татьяна по-деловому засуетилась, поднялась, подхватила перчатки и ключи, — тебя интересуют невостребованные?

— Да, если можно, за последние три дня.

— Не лёгкая у тебя работа, — усмехнулась Татьяна, довольно бодро шагая по коридору к секционной.

— Такая же, как у других, — угрюмо отозвался Лисицкий, предвкушая зрелище.

— Да, уж нет, — патологоанатом вошла в пахнущую формалином секционную, даже не поморщившись, распахнула дверцу холодильника, выкатывая трупы.

— Вот эти двое, оба без документов. Один поступил вчера, второй сегодня утром.