Колдун из клана Смерти.

— Она вынула мобильный, подняла серебристую крышечку, взглянула на высветившийся номер и тяжело вздохнула: — Ну вот, опять… Алло…

—  «Доброй ночи, миледи», — прозвучал хорошо знакомый бархатистый голос.

— Доброй ночи, сеньор де Кобреро.

Кристоф, не сдерживая довольно ироничной улыбки, отвернулся, делая вид, что рассматривает плакат-фотографию трех полураздетых девушек, изображающих певиц.

—  «Вы не заняты сегодня?» — деловито осведомился глава клана негоциантов.

— Занята, — ответила Дона вежливо, но безапелляционно.

Это был единственный возможный тон в общении с вьесчи. И раньше он всегда действовал безотказно.

— «Жаль. Очень жаль, — прозвучало с искренним огорчением. — Я хотел пригласить вас на ужин».

Спутница Кристофа снова вздохнула, на этот раз устало.

— Рамон, вам не надоело получать отказ на каждое свое приглашение?

— «Я терпелив». — В голосе Вьесчи слышалась улыбка.

— Похоже, вам доставляет радость досаждать мне. Я полагала, вы предпочитаете общество фэри…

— «Я предпочитаю вас».

Дона мельком взглянула на Кристофа, продолжающего разглядывать трио девиц.

— А как же дыхание смерти? Ледяной холод могилы? И, как вы тогда сказали… равнодушие покойника?

— «Миледи, я уже просил прощения за свои слова. Неужели вы обижены до сих пор?»

— Я не обижаюсь на правду.

— «Дона, я…»

— Извините, Рамон. Я больше не могу говорить. Всего хорошего.

Она нажала на кнопку, сунула телефон в сумочку и продолжила список врагов:

— Вьесчи.

— Пренебрегаешь вниманием главы клана? — усмехнулся колдун.

— Да. Третий раз за последнюю неделю.

Колдун выразительно приподнял брови, но ничего не сказал.

— Изображает благородного кастильского рыцаря. — Дона с досадой смахнула с рукава несколько снежинок. — То ли хочет что-то выведать, то ли наоборот…

— Да, это он умеет, — задумчиво произнес Кристоф. — Изображать рыцаря…

Они прошли через два поста охраны. Дона с невозмутимым видом позволила осмотреть свою сумочку. Кристоф, явно получающий своеобразное удовольствие от всего происходящего, сжульничал, проходя проверку металлоискателем.

«Отвел глаза» стражам порядка, когда прибор пронзительно запищал, засекая нечто металлическое под его курткой.

— Не удержался и прихватил с собой любимую рапиру? — съехидничала девушка.

— Нет, всего лишь намордник для Тёмного Охотника, — с улыбкой отозвался колдун, доставая из внутреннего кармана два билета.

В фойе было шумно. У колонн толпились группы взволнованно-оживленной молодежи.