Кое-что о лампочках и деревьях

Я сегодня привез сюда все, что у меня оставались. Подумать страшно, как будет разочарован мой покупатель из Старого центра. Он больше не приедет и не станет покупать у меня лампочки.

Бикни задумчиво почесал бороду.

– А где вы их берете? Может, там осталось хоть немного?

Мистер Балб, совсем пригорюнившись, опустился на свой стул.

– Я беру лампочки у мистера Зубба. У него их много, но…

– Но?

– Я обмениваю у него лампочки на червей. Да-да, червей – не удивляйтесь. Но у меня их тоже не осталось. Обычно я хожу к каналу и там их накапываю, но сейчас там все покрыто снегом.

Где взять целую коробку червей накануне Нового года?

Бикни широко улыбнулся.

– Морбиньяк!

– Ругательство?

– Имя! Кажется, я знаю, где добыть червей, мистер Балб. Если вы дадите мне несколько лампочек – хоть самых плохоньких, я помогу вам. Что скажете?

Торговец лампочками, не веря своим ушам, вскочил на ноги и схватил Бикни за руку.

– Это чудо! Новогоднее чудо, мистер Бикни, не иначе! Вы мой спаситель! Ведите же! Мы отправляемся за червяками, а потом за лампочками! Главное – успеть все сделать и вернуться сюда.

Поторопимся: у нас меньше часа!

***

В тоннеле под улицей Своррол было темно. Эхом по канализации расходился звук шагов двух человек. По зеленоватой кирпичной стене, тянущимся вдаль трубам и сводам, с которых время от времени капала вода, ползло пятно бурого света.

Фонарь держал мистер Балб. Он первым шел по узкой дорожке вдоль заполненного грязной водой сточного желоба. Бикни, держа перед собой на вытянутых руках шляпную коробку, полную червей, следовал за ним.

Воришка изо всех сил старался не дышать – вонь в тоннеле стояла невыносимая.

– Еще долго, мистер Балб? – спросил Бикни.

Уже почти полчаса прошло с того момента, как они выпросили у чудака мистера Морби его наживку и спустились в люк. Тоннель сменялся тоннелем, торговец лампочками вел Бикни все ниже, спускаясь по ржавым лесенкам в колодцы, и в какой-то момент незадачливому воришке уже начало казаться, что они направляются к самим корням этого города.

Сперва Бикни пытался запоминать дорогу, но вскоре поймал себя на том, что уже попросту не помнит, сколько поворотов они прошли, и сейчас не знал даже того, на каком уровне канализаций они находятся. Все эти ходы под Саквояжней были совершенно одинаковыми, а дохлая крыса, обглоданная человеческая кисть и щербатый камешек, похожий на лицо констебля Гуна, оказались неважными ориентирами.

– Почти пришли, – сказал мистер Балб.