Судья. Иной

Есть только Закон. И ничего более.

Проходя мимо прилавка с товаром, изготовленным кожевенником, я на секунду остановился. Мариша (теперь я знал её имя), казалось, так и простояла всё это время, прикрывая скрещенными ладонями свой рот. Про обед девушка, что не удивительно, напрочь забыла. Глаза продавщицы, и без того огромные, расширились ещё больше, когда она увидела меня целым и невредимым, да всё таким же вполне спокойным и уверенным в себе и своих силах.

- Он ушёл. Ушёл навсегда. Больше никто не обидит тебя, – сказал я.

Ответа я не услышал. Впрочем, и не ожидал услышать. Неудивительно. Девушка просто не могла ничего сейчас сказать при всём желании. Она не могла пока даже двинуться с места. Кипящие в душе эмоции взрывали её внутренний мир, но пока ещё сковывали тело. Понятно, что это ненадолго. Сейчас же единственным признаком того, что Мариша поняла мои слова, поверила мне безоговорочно и приняла новую правду, являлись крупные капли слёз, наполнившие в миг её глаза. Слёзы эти ни в коем случае не говорили о тоске и печали девушки по своему кожевеннику, по прошлой жизни.

Это были слёзы радости, облегчения. Это был чисто женский символ избавления от всех выпавших на её долю испытаний и веры в будущее. Счастливое будущее.

Я ободряюще кивнул на прощание Марише головой и пошёл дальше своей дорогой. Оставалось только надеяться на то, что больше на своём пути девушка не встретит подобных кожевеннику существ. Оставалось верить, что дальше её ждёт спокойная и размеренная жизнь.

Во всяком случае, у неё осталось ещё достаточное количество весьма достойного качества товара и на прилавке и в мастерской, продажа которого, пусть и частичная, позволит безбедно существовать далеко не один год. Вот и пусть живёт и радуется теперь уже единственная владелица небольшого бизнеса. Себе такого я, к сожалению ли или нет, пожелать не мог. Не в части жизни и радости, конечно, а в части встречи с непонятным, потусторонним, жестоким, смертельно опасным.

По меньшей мере, я мог позволить себе расслабиться на весь остаток дня. Прилавок с бывшей подругой ревенанта исчез за поворотом, а вместе с ним исчезли и все мои мысли о Марише. Осталось только чувство удовлетворения от успешно закрытых на сегодня дел. И от того, что вообще все дела на сегодня завершены. Новых, вроде как, не предвидится. А значит, можно позволить себе никуда не спешить, ни о чём плохом и раздражающем не думать, наслаждаться отдыхом.