Лучшее волшебство, на которое я способна

Улыбка мальчика – это ведь тоже волшебство? Детский смех – это ведь тоже волшебство?

 

Улла

 

Улла и сама не поняла, зачем пришла. Просто есть такой долг – поддерживать друзей, быть рядом, когда им плохо. Тем более, не так уж много у Уллы друзей.

Улла никогда прежде не была у Ниньян в гостях. Не видела бабушку Гвен – и разрисованные дешёвой краской стены. И знаменитых плюшевых котов не видела со времён училища. Коты изменились в лучшую сторону: милые, забавные. Только двигались совсем не по-кошачьи.

Когда Улла взяла одного в руки, тот тихонько заурчал – видимо, это означало мурчание – и замахал лапами, словно пытался идти.

Ниньян тут же начала оправдываться:

– Я ещё учусь привязывать правильные движения, не всегда получается, вот иногда вот так, но я обязательно научусь…

Улла примирительно улыбнулась и поставила кота на место. Тот продолжил идти, шлёпнулся с полки на пол и закрутился на боку.

Ниньян подхватила его, погладила – и кот утих.

– Грона поймали? – спросила она.

Улла покачала головой.

– Это только в книгах злодеев всегда ловят. В жизни такие типы часто ускользают. Он словно и не выходил из бара. Возможно, сменил лицо.

– Значит, он правда преступник? – неуверенно спросила Ниньян.

– Конечно, преступник! Ты ещё сомневаешься?

Хотелось сменить тему разговора, заставить Ниньян отвлечься. Улла оглядела комнату: замки, поля, облака, дракон в небе. Как это похоже на Ниньян: сказочно и по-детски. Как тот… “Ворчун Бо”. Ей бы повзрослеть, получить образование – но Ниньян не переделать.

Она как маленький упрямый манапоезд: увидела рельсы и прёт вперёд, не видя, что с выбранной колеи можно свернуть. Злится ещё, если к ней лезешь.

– Может, ты всё-таки уйдёшь с завода? – спросила Улла.

Ниньян помотала головой.

– Я не смогу. Я думала, но поняла недавно – не смогу. Такая уж я, меня не переделать.

– Но что, если ты никогда не откроешь магазин игрушек? Ты об этом думала?

– Пока с моими котами играют дети – остальное неважно, – улыбнулась Ниньян. В глазах её стояли слёзы.

– Хочешь, я и тебе кота подарю?

В любой другой день Улла бы возмутилась, но сегодня – не смогла.

– Давай. Пусть и у меня будет кот.

Уже на пороге она тихонько уточнила:

– Слушай, кто такая Эйра, о которой постоянно вспоминает твоя бабушка?

– Это… ну в общем, Эйра давно умерла. – Видя удивление подруги, Ниньян пояснила: – Не могу же я ей об этом сказать. Да и не нужно. Так что я вру – и словно бы воскрешаю умершего. Понимаешь? Иногда мне кажется, что это как магия.