Петербургские истории

В среду я быстро разделалась с практикой и поехала в центр. Там, на Невском проспекте, встретилась с бабушкой, и мы направились на Гороховую. Квартира в старом доме, которую мы искали, оказалась спрятанной в узком коридорчике, отходящем от обширной лестничной площадки с еще пятью дверями. На звонок нам открыла дверь пожилая женщина:

– Здравствуйте, вы от Зины? А я – Мария Геннадьевна, мама Сергея. Проходите, он должен вот-вот вернуться. Чай, кофе? Мне из Бразилии привезли такой чудесный кофе!.. И я напекла сырников.

Зина говорила, что вы учитесь на повара? Вот, заодно получу оценку эксперта, а то Сережа всегда говорит, что я и кулинария выросли в разных мирах и до сих пор не встретились. А что поделать, если я с третьего класса училась в художественной школе?.. Сплошные конкурсы и выставки… учиться еле успевала, где уж тут хозяйничать? Да-да, а потом пошла в архитектурный. А там – союзные проекты, выставки, командировки… Так и проработала… даже сейчас дергают…

За время этого монолога она посторонилась, впустила нас в скромную чистенькую прихожую, подала нам две пары новеньких гостевых тапочек в восточном стиле (кажется, это называется бабуши?), провела на кухню, и все это – не переставая болтать.

Кофе оказался в самом деле прекрасным. А вот сырники… увы, ее сын абсолютно прав: дама переложила соли и зачем-то добавила соду, отчего творожная масса вообще не пропеклась. Зато снаружи она обжарила сырники до угольков. Мдя… бабушка аккуратно попробовала кусочек и быстро отложила сырник обратно на блюдце.

Не успели мы устроиться, как в прихожей заскрежетал ключ, и через две минуты в кухню вошел Сергей – молодой приятный мужчина, сильно похожий внешностью на мать. Пока мы знакомились, пока Сергей сел вместе с нами выпить кофе… началось.

Сначала задрожала сахарница, до этой минуты спокойно стоявшая посреди стола. Задрожала, задвигалась, попыталась взлететь. Моя реакция оказалась на высоте: я успела ее поймать в воздухе и вернуть на место. Заодно смогла считать ощущения от духа, как накануне научила меня бабушка.

– Криста? – ба невозмутимо подняла бровь.

– Lo spirito è giocoso, la terza classe di energia. Forse aria e un po' di fuoco.[3]

Она кивнула и повернулась к хозяевам:

– Давно шалит?

– Третью неделю, – Сергей вздохнул.

– Летает, горит?

– Да, – они закивали, – занавеску поджег, хорошо, мы рядом были.

– Что-нибудь эдакое делали? Как раз три недели назад?

Они переглянулись. Ба сделала взгляд, которым она обычно смотрит на двоечников.