Петербургские истории

Хозяева покраснели и потупились.

– Э-э… – мама.

– Да вот… – Сергей вздохнул и повернулся к ней, – мама, расскажи!

– У меня были именины, – смущенно пояснила Мария, – были гости, а одна моя знакомая, оказывается, увлекается всякой мистикой. Ну, мы слегка выпили, а потом она предложила провести спиритический сеанс. С блюдечком. Но у нас не вышло – похоже, шампанское было слишком крепким. Катенька так расстроилась, что не вышло. А через день началось… тапочки в меня гостевые полетели!

– Ага, – сын кивнул, – и в меня тоже.

Маме вскользь попало, а вот мне – прямо каблуком в глаз! Пришлось достать бабуши, они хотя бы мягкие, не больно.

– Я обратилась к батюшке, освятила квартиру, но стало еще хуже. Посуда начала летать, пришлось все дорогое спрятать.

– А в воскресенье утром занавеска загорелась! – подхватил Сергей и добавил, – ух, мы и испугались! А я от Зины слышал, что у них в подъезде как-то сатанистов извели, вот и специально поехал к ней, спросил, как с чертовщиной бороться.

Ну вот…

– А что за Катенька? – я вычленила из их рассказа деталь, показавшуюся важной.

– Катаржина Серебряная, так она сейчас себя называет, – пояснила Мария Геннадьевна, – а по документам – Екатерина Самойлова. С Сережей в один садик ходили, а потом учились в одной школе, но она – классом старше, а их квартира в соседнем доме. С мамой ее, вот, дружим с тех пор.

Ну и вот… Катенька тоже девочка творческая, но пошла не в художественную школу, как Сережа, а в театральный кружок, а потом в институт культуры поступила, на журналистику. А теперь у нас на телевидении работает.

– Понятно… – бабушка подумала, обвела особым взглядом вокруг, кивнула, – Криста, доставай.

Я кивнула:

– Где именно был проведен сеанс? Тут, в кухне?

– Нет, мы в гостиной были, за парадным столом.

– Тогда, – я поднялась, – можно его снова поставить?

– Конечно, – Сергей поднялся и пошел вперед, показывая дорогу.

Мы вдвоем выдвинули раскладной стол и поставили его так, как было тогда. На стол я выставила чашу Януса – из стекла двух контрастных цветов, с изображениями бога с двух сторон. Особые свечи, числом шесть, заняли свои места. Длинная тканая лента с написанными на ней особым образом воззваниями к домашним духам обвила всю композицию.