Петербургские истории

– Ну, вроде того, – бабушка покивала, – стреги мы. Так что за беда?

Я налила в кружку чаю и сунула мужику в руку:

– Вот, выпейте, успокойтесь. И рассказывайте.

Он торопливо глотнул. Выдохнул. Обвел взглядом поляну, еще раз рассмотрел алтарь. Оглянулся на своих и повелительно рыкнул:

– Идите-ка, погуляйте! Посторожите, что ли. Будете нужны, позвоню. Брысь!!

Братва покивала и испарилась. Он тем временем допил чай (я же немножечко налила, хотя чай вкусный) и действительно успокоился.

– Беда у меня, – почесал в затылке, – каждый день у меня как один и тот же.

Утром звонит Серый, потом маман просит продуктов привезти, потом я у братков отчеты спрашиваю… Потом едем на стрелку, но никого не встречаем, возвращаемся, бухаем. А утром – все по новой!

– Так, может, это просто распорядок такой у вас сложился?

– Не-а!! – для достоверности он аж головой помотал, – Серого мы еще месяц назад похоронили, скоро сорок дней будет!! Он же мертвый совсем, а, поди же, – каждое утро звонит!!! И в трубку каждый раз одно и то же говорит, мол, все долги собрал и скоро привезет, а Лютый стрелку вечером назначил, на дальнем кордоне! Мы эту стрелку с бандой Лютого полгода как добиваемся, чтобы границы обговорить.

Мы едем – а там никого, и даже следов нет. Мама, опять же, сейчас дома, а не на даче живет, зачем ей продукты в городе, на всем готовом? А ведь звонит! И так каждый день. Целый месяц!!! Я ж не могу так больше!!! Каждый день как пытка, ничего не в радость!! Спать не могу, есть не могу, пить – не лезет! На баб – не стоит!!!

Бабушка задумалась.

Мужик преданно поедал ее глазами. Мне подумалось, что такой бандит даже решение суда ждал бы спокойнее.

– А скажи-ка мне, мил человек, – ба явно что-то надумала, – нет ли у тебя врагов каких? Чтобы аж до крови?

– Есть, конечно же, – он усмехнулся так, что у меня мороз продрал по коже, – мы люди серьезные, уважаемые. Бабки крутим огромные. Как же при таких делах, да врагов не нажить?..

– Понятно, – ба встала.

Он поспешно вскочил, а она царственно указала ему на алтарь:

– Снимай-ка, мил человек, обувь и цацки все свои, раздевайся до исподнего и ложись.

Испачкаться не боишься?

– Что вы, все путем, не жалко! – Он поспешно разделся, а я освободила алтарь от предметов. Бандит оказался таким здоровым, что целиком не поместился, свесив руки и ноги.

– Ничего не бойся! – Мужик кивнул, а ба перешла на итальянский, – Криста, достань статую Фурины[1], зеркало и серебряный нож с кубком.