Петербургские истории

Вино у нас еще осталось?

– С избытком, и зерно с медом тоже, – я поняла, что бабушка решила провести ритуал вопрошения богини мщения. Его я уже изучала, но только в теории. А сейчас, значит, будет практика.

Мы расставили предметы (статую поместили возле темени мужчины, а на грудь – холодное зеркало, отчего он ойкнул, но даже не дернулся), снова разожгли жаровню. Бабушка сыпанула туда несколько зерен пшеницы и запела:

– Mi rivolgo a te, Furina onniveggente![2]

Più forte della pietra è la mia volontà,[3]

Ti chiamo, ti chiamo fermamente![4]

A prenderti pronto.

[5]

Я налила вина в кубок, срезала жертвенным ножом несколько волосков с прически бандита, кинула в жидкость и все выплеснула в огонь. Из жаровни повалил густой дым, а бандита выгнуло дугой. Лицо у него разгладилось, глаза закатились. У меня по спине пробежали мурашки, а сверху пришло ощущение тяжелого взгляда. Бабушка чуть кивнула:

– Questo mortale è venuto da te, chiedendo aiuto, Furina onniveggente. Entra in lui, dicci cosa nasconde il vaso della sua anima?[6]

Бандит захрипел и вдруг чужим, каким-то бесполым голосом выдал:

– L'uomo è debole di spirito, ha fatto arrabbiare gli dei, ha versato il sangue degli innocenti, ha aggravato i crimini della famiglia.

[7]

– C'è un modo per riscattare?[8]

– Per far rivivere la razza perduta, per ripristinare la giustizia. Ma i morti non possono essere riportati indietro. Cosa darà in cambio?[9]

Я поежилась: внимание богини исчезло, а бандит обмяк на камне. Бабушка помазала вином ему лоб, достала немного меда, кинула в огонь.

Мужик открыл глаза и изумленно вытаращился на бабушку. Та сообщила:

– Кровь невинных отмщения потребовала. За грехи твои время у тебя забрали. Пока справедливость не восстановишь, пока потерянный род не возродишь, так по кругу одного дня ходить будешь. Ни жизни, ни покоя, ни счастья не увидишь. Вспоминай, чего натворил, что боги так тебя наказали?

– Э-э? – он сел и очумело потер шею.

– Такое возмездие не просто так делается. Только мать за свое дитя у богов подобное выпросить может.

Ритуал серьезный женщина провела, боги смотрят и решают, а потом сами наказание накладывают. Она не стрега, просто мать в горе. Но материнское сердце и богам поперек приказывать может. Думай, человече!

Я немного боялась, что бандюган начнет нам вредить, но, видимо, что-то в его башке сдвинулось, потому что он действительно задумался:

– Я ж не отказываюсь, всякое было. И крови немало пролил, чего уж там!. Но чтобы невинных?..