Последняя сказка Горыныча

А могла сама же заманить его в болотную вязкую жижу и потом долго и с наслаждением любоваться, как измученный человек до последнего момента пытается выбраться из пропитанной ненавистью к человечеству вязкой среды. И как же ему везло, если попадался какой, никакой леший или заботливая кикимора. Хотя они тоже бывают еще те.

Горыныч даже сплюнул с досады. Он уже начал откровенно сочувствовать этим людям. А ведь многие из них стремились не только погубить его, но и выжечь малейшую память о нем. Не получилось. И он живее всех живых.

Потому, что он воплощение зла, хоть и классического. А ведь не будь его, во что могли превратиться эти богатыри, витязи и батыры. В ничто. Даже обыкновенных сказок не получилось бы. А так и их помнят. Некоторые из них даже считаются национальными героями. И совершенно посторонние люди начинают глупо сравнивать - кто был сильнее? Но это же не корректно. Сильнее тот, о ком более стабильна память. Может с примесью любви или зависти, или ненависти с почитанием. Получается, что он пытается помочь этим людям. Но ведь если им, то и себе.

Горыныч угрюмо тащился по Невскому проспекту, а мысли целым роем, словно настоящие пчелы, прилетали, тыкались в его извилины, улетали, а некоторые даже пытались ужалить изнутри.

- А мы так ждали вашего звонка, - знакомый голос вывел его из раздумий.

Ох уж эти женщины. Любое заявление они будут трактовать, как истовое обещание или даже клятву. Он, да еще и обещал. Если по жизни он что-то обещал, то только в известном всем направлении: съесть, сжечь или погубить.

В крайнем случае, отпустить до поры, до времени.

- Мы с мамой мечтали об этом, - смягчила твердость заявления маленькая девочка.

Опять они, как будто преследуют. Но что с ними сделаешь. Не хамить же. Горыныч попытался сделать как можно более дружелюбное лицо.

- Ну, как у вас дела?

Маленькая девочка дернула его за штанину.

- Нам было без вас очень плохо и явно чего-то не хватало.

Фраза была выстроена вполне по взрослому, и вызвала улыбку у женщины и смех у самого Горыныча.

Он даже сам не ожидал, что может так заразительно смеяться.

- А как вас зовут? - спросила женщина.

- Георгий, - машинально заявил Горыныч и тут же попытался смягчить свою глупость. Георгий всегда считался его заклятым врагом. Но менять имя было поздно, и Горыныч выбрал мягкий вариант.

- А вообще-то Юрий.

- Как Гагарин.

Горыныч опять задумался. Вообще-то он мог летать и выше. Но лучше сразу согласиться.

- А давайте сходим с нами в кафе, - не унималась женщина.