А-Два

Корсак скажет, почему» -преподаватель, тучный русал без одной руки, но в фуражке контр-адмирала, относился к Корсаку хорошо, но на вопрос стоило ответить, и желательно, верно.

Гюнтер и ответил — потому, что вовремя вспомнил ТТХ кораблика. Вспомнил он их и сейчас.

Проект П-4 когда-то вырос из совсем невооруженного, но очень толкового подземного судна, применявшегося, преимущественно, спасателями: мощная силовая установка и заложенная создателями суденышка возможность бурить в любую сторону, а не только вперед и назад по курсу, позволяла очень быстро пролезть куда угодно, и там, где угодно, принять на борт кого следует.

Например, шахтеров, заваленных в сверхглубокой шахте и ожидающих последнего, окончательного обвала, после которого спасать будет как бы уже и некого.

П-119, как достойный представитель проекта, оказался в нужное время в нужном месте, и теперь требовалось не ошибиться. Корсак не ошибся.

Резко взревел, выходя на предельную мощность, маховик реактора.

Привычная вибрация бура сменила тональность и направление. Лодка уходила вертикально вниз. Экипаж бубнил мантры Ленину, вокабуляры Сталину и просто стихи Суслову: в отсутствие в советской парадигме мира бога люди все равно находили, кого попросить, иррационально и почти не всерьез, о защите и заступничестве в тяжелую минуту.

Потом было всякое.

Была потеря нижнего бура, когда лодка прорывалась сквозь пришедшийся кстати, но оказавшийся слишком узким, пролом в гранитной стене.

Был рывок на пределе возможностей техники и человека.

Был категорически запрещенный наставлением, но совершенно необходимый одновременный пуск всех торпед, даже не в цель, а куда-то в сторону тяжелого капиталистического подзкрейсера (главное — немного пугнуть, чуть-чуть отвлечь!).

Были скрежет подбойного борта об острый выступ гранитной стены, и надсадный визг бура, и гудение манипулятора, втискивающего спасбот в спецконтейнер.

Был медленный и очень тихий путь домой, в ставший родным уже Аахен, на последних каплях ЭСов.

Были трое краснофлотцев из БЧ-5, списанных на почву по причине тяжелого магического истощения.