Дом с чашами и птицами

Полукруглый, сверху он напоминал кусок бублика. Выпуклый фасад выглядел невзрачно: обшарпанный, в потеках, розовато-желтовато-невнятный. Окна и скругленные лоджии – ничего особенного. А если пройти под аркой, уютно вогнутый дом как будто держал в охапке массу цветущего кустарника. Это первое, что бросалось в глаза, а второе – выступы на линялых стенах, с вырезанными из красного элакского камня декоративными чашами и птицами.

Чаши вначале казались одинаковыми, но отличались деталями. Птицы сидели поодиночке и парами, одни рядом с чашами или на их кромках, другие занимали отдельные выступы.

Все они тоже были чуть-чуть разные, хотя принадлежали к одному виду – то ли кнаркои, то ли манлы. Перелетная стая на отдыхе. Или стая, добравшаяся до места назначения. И птичьи фигурки, и чаши почти одного цвета со стенами: потаенная красота жемчужины, скрытой в раковине, как и предполагает стиль этримуто.

Здесь бы все отреставрировать, вздыхала про себя Шени, я бы взялась…

Про нее говорили, с подачи могндоэфийских дипломатов, что она способна отреставрировать все что угодно – и в иные светлые моменты она с удовольствием в это верила.

Она часто приходила сюда рисовать, заполнила два с половиной блокнота. Когда появилась Тим, стала брать ее с собой. Лаури такое вряд ли заинтересует, а для младшей ученицы в самый раз. Шени предупредили, что даже если Тим способностей не проявит, ей важно развивать моторику, в том числе мелкую. Иначе в будущем возможны неприятности с опорно-двигательным аппаратом.

Наверное, что-то наследственное. Зарисовки декоративной скульптуры – именно то, что нужно. Девочка очень старалась и никогда не капризничала. Не то чтобы у Шени был большой опыт общения с детьми, но более послушного и беспроблемного ребенка она еще не встречала.

В тот день Шени завернула на Кьямакуано, возвращаясь из клиники, где навещала профессора Тлемлелха. Посадила аэрокар на ближайшей «этажерке» и дальше пошла пешком.

Ее разрывало от безнадежности и несправедливости, но… Если речь идет о неизлечимом генетическом заболевании, перед которым вся медицина Галактики бессильна, что тут поделаешь? Профессор уже не молод, к тому же лярнийцам не рекомендуется безвылазно жить на таких планетах, как Нез, Земля или Ниар – так же, как представителям человеческих рас не стоит долго оставаться на Лярне. Потому и штат посольств меняется раз в полгода.