Чешуя

А через два дня, на неделю раньше срока, вернулся Шпиль, непривычно мрачный и как будто больной. Сказал, что Леон погиб.

На похороны Антона не взяли. Он сидел в пустой чужой квартире и боялся. Вдруг из-за смерти Леона его печать на том кольце разрушится? И тогда тёмный двойник его найдёт! Точно найдёт! Прицепится к нему или того хуже к Шпилю. Тот изменится, как Антонов отец, и тогда конец и ему, и Даше, и всему вообще.

А вдруг Шпиль и так его выгонит? Он же Антона взял по просьбе друга... А друг умер — зачем ему теперь чужой мальчишка?

Антон изводился и никак не мог решить, что хуже: попасть в детдом или снова оказаться в одной квартире с человеком, одержимым красноглазой тенью?

Шпиль через три дня уехал.

Но Антону спокойнее не стало. Он уже убедил себя, что печать разрушилась и тёмный двойник вышел на свободу. Вдруг тень с красными глазами следит за ними и теперь, когда Шпиля нет, точно нападёт?!

Ночью после отъезда хозяина квартиры Антон вытащил ключ из ящика с вилками и ложками и осторожно открыл комнату с диковинками.

Надо просто найти охранный амулет — и всё будет хорошо. Поставить его в спальню, и тогда тёмный двойник, даже если он выбрался из кольца, не найдёт Антона.

В темноте очертания масок и фигурок на стеллажах выглядели зловеще. Антон отчаянно трусил, но не звать же Дашу. Она хоть и старше, но ведь девчонка.

К тому же не надо, чтобы Шпиль об этом узнал. Он тогда точно рассердится и выгонит Антона.

Где-то вот на этой полке, за шкатулкой и песочными часами, должен быть амулет в виде квадрата, изрисованного знаками.

Антон потянулся к амулету и задел часы. Они качнулись и рухнули на пол. Стекло разбилось с тонким звяканьем, а светлый, искрящийся песок не рассыпался, а завис в воздухе, свиваясь небольшим смерчем.

Что же это такое?

Антон попятился. Песчаный вихрь принял форму человечка и двинулся к замершему мальчишке.

— Ш-ш-ш... — прошептал человечек. — Ш-ш-ш...

Антон хотел закричать, но песчаный вихрь забился ему в рот и в глаза.

Когда он очнулся, за окном по-прежнему было темно.

Уф, хорошо, что Даша ничего не заметила! А то ведь Шпилю расскажет.

Антон с трудом поднялся, размял затёкшие руки и ноги, осторожно собрал осколки. Странно, что песка на полу совсем нет. Он подумал немного и решил, что часы были пустые, а тот вихрь и человечек ему померещились со страху. Осторожно подвинул шкатулку, чтобы пустое место от часов не бросалось в глаза, и тихонько вышел, унося разбитые стёклышки. Завернул их в несколько салфеток и выбросил.