Потолок одного героя

Одно из первых моих открытий: лучше до поры скрывать свою личность… Это не настолько сложно. И к тому же, как сказал однажды один неглупый человек: это твоя вина, если тебе что-то не нравится.

Я чуть покривился.

Мысль определённо пошла не туда.

Рука моя упиралась в простынь у её бедра.

— Далеко не всем по вкусу эта моя манера. Знаешь… порою доходит до смешного. Каждый считает, что лишь он один знает, как правильно. По мнению многих, я с утра и до ночи должен быть при орденах. И заниматься охотой на фей. (Мизинец мой коснулся шелковистой ткани).

Каждый, в наше время склонен думать только о собственных нуждах. Людей не заботит, то что на западе бунты… Вы меня понимаете?

Брови девушки сошли. Плотная бумага в её руках слегка дрожала. Эль внезапно поднялась. Рывком.

— Это… этого не может быть!

Щёки её пылали.

Взгляд на меня, а после вновь на текст. Несколько мгновений Эль провела в растерянности. Наёмница забрала у меня бутылку. Сделала большой глоток. Она очень громко не по-женски выдохнула горлом. Брови поднялись, и широко расставленные глаза её стали круглы.

— Он забрал… десять швен?!.. — с обречённостью. — У ВАС?

— Да, но… У «тебя» ты хотела сказать, — попытался поправить я.

«Разве дес…»

Я моргнул.

— Там была… Была довольно забавная история.

Взгляд мой остановился на листе: бумага в её руках заметно дрожала.

— Да ЯСТРЕБ забери!..

Почти взревев, наёмница внезапно ударила перегородку. Из-за балки посыпалась пыль и труха. Где-то что-то упало.

В коридоре мелко заходили.

До меня долетела ругань.

Пьяный сонный девичий голос пообещал «повыдирать».

«Замолкните уже!» — плаксиво попросили с другой стороны.

Эль всё ещё стояла в той же позе. Скат плеч её был напряжён. На совсем не тонкой шее проступила вена.

— Я ещё должна десять кондоров… за еду.

— Я заплачу. Полагаю, это не настолько большая сумма.

Девушка стояла в тусклом, изрешеченном пылью отсвете окна. Плечи её были приподняты, а, распустившись, корсет открывал часть спины.

Долго, очень долго тянулось это мгновенье. Наёмница как будто что-то старалась сообразить.

Внезапно «она» взъерошила волосы. Те путанной волною легли на плечи.

Корсет ещё немного разошёлся.

— Я… я буду на Вас работать... Ястребу под хвост! Я буду!.. Но возьму в оплату два ПОДДЕЛЬНЫХ швена! Гад!.. Мерзавец!

Мне нужно было время, чтобы понять. Мысль шла.

Я кивнул:

— Так не пойдёт. Дорога нам предстоит нетяжелая, и всё же я не хотел бы отправляться с человеком, всё снаряжение которого состоит лишь из одного меча.