Армия мрака

Оно опустилось в недра земли и там под действием раскалённой магмы стало медленно выгорать.

– Присядьте, – проговорил врач, поправляя очки. – Катя… Понимаете, дети, жизнь… В общем, её больше нет с нами.

Девочки, обнявшись, зарыдали, мальчишки понурили головы, силясь не заплакать. Лана крепко сжала руку Ильи и печально смотрела в окно.

Оказалось, Павлу Аркадьевичу всё-таки удалось добиться разрешения отвезти Катю в больницу. Он доставил её туда, но было уже поздно… И теперь администрация школы всячески старалась скрыть происшедшее.

Родителям Кати ни о чём не сообщили. Мало того, во всех документах Боровицкая продолжала числиться живой.

Неизвестно, как Илье удалось пережить эти страшные дни. Он сильно изменился: стал угрюмее, мрачнее. Впрочем, на его организаторские способности это не повлияло. Напротив, отныне Русаков был одержим одной идеей – как спасти воспитанников школы-интерната из лап Армии мрака, и день за днем думал об этом. Впереди он не видел ничего, кроме борьбы.

«Огненные крылья» долго ещё пребывали в скорби.

Особенно переживал Пашка. Как-то раз, оставшись с Ильёй с глазу на глаз, он сказал ему, дико ухмыляясь:

– Катя умерла, никому из нас она не достанется. Хотя, если бы она была жива, мне бы пришлось уступить её тебе.

– Что за чушь, – сухо ответил Илья и до боли сжал кулаки. – Она меня на дух не переносила.

– Ничего себе чушь, – продолжал белокурый парень, горько усмехаясь, – Если б ты видел, как она выхаживала тебя тогда, во время твоей болезни! Мне было больно, да, но теперь мне ещё больнее! – и он, согнувшись, затрясся то ли от хохота, то ли от рыданий, а Илья стиснул голову руками.

В голове его словно звонили колокола, причиняя боль каждым ударом.

Сперва время для Ильи тянулось непомерно долго, дни казались неделями, а недели годами. Он с трудом дождался окончания учебного года.

Перед началом летних каникул Илья с друзьями продумывали план своего ухода из школы. Дальше оставаться под началом Мирзенкова было выше их сил. Решили уйти организованно.

Оставалось только собрать побольше народу.

Побывать дома на каникулах из огнекрылов смогли немногие. Только трое – Димка Туранов, Лана и Стефа – покинули интернат, остальных принудили к уборке школьной территории, покраске забора и тому подобным работам. Но перед самыми каникулами Илью ждало потрясение. У ворот он увидел своих отца и мать. Он узнал их мгновенно, хотя до этого момента совсем не помнил. Его родители были одеты неплохо и даже празднично.