Я выращиваю дом

А мгновение спустя лицо её разгладилось, и она замотала головой.

Костя закусил губу.

— Точно?

Девочка закивала и улыбнулась. А потом легонько щёлкнула его по носу.

— Ауч!

— Деньги-то забыла! — баба Катя выскочила в прихожую с кошельком, из которого вынимала помявшуюся банкноту.

Костя, конечно, денег не взял.

— Разговорами заплатите, — по-деловому, словно сделку заключал, проговорил он.

— Когда я к вам в следующий раз загляну. На чай со «Слоном».

Баба Катя растерянно всплеснула руками.

— К тому же, — он занёс ногу над порогом. — Надо же проследить, чтобы вы отсюда обе смогли уехать.

Направо пойдёшь

Василиса идёт направо — к автобусной станции.

Она уезжает. Конечно, уезжает, ведь оставаться невыносимо. Но и там — там тоже невыносимо. Просто Василиса пока ещё этого не понимает.

Она выбирает город, и город её съедает.

Василиса помнит его по далёкой неделе в юности, когда всё происходило будто бы не с ней, когда она словно смотрела кино про жизнь девчонки, которая приходила в восторг от всего, что видела. Шла по мосту и загадывала желание, и представляла, как всё будет, когда она наконец вырастет.

Василиса кивает сама себе и закусывает губу, и ждёт, когда пробка при въезде в город рассосётся, и она сможет скатиться со ступенек комфортабельного автобуса и задрать голову вверх, и вобрать в себя воздух, и краски, и шум.

.. Она падает в кровать хостела, из окон которого видны только ноги прохожих, и не верит, что она здесь. Что это «здесь» теперь с ней навсегда, и она вольна выйти на главную улицу и дойти до её пересечения с набережной, вернуться в центральный парк и погреть руки о медную статую девочки, провалившейся в Волшебную Страну. Василиса и сама такая же девочка.

В её мечтах огни главной улицы, такой яркой, что слепит глаза, освещают путь к успеху, и она вышагивает по нему на шпильках, уверенно и неотвратимо, словно природная катастрофа. Она становится актрисой, лицо которой красуется на рекламных щитах (не дешёвых, а тех, что с духами и косметикой), или бизнес-леди, помогающей людям, или борцом за спасение китов, или политиком.