Не пожелай зла

Все тело болело от побоев. Немудрено – кулаки у Бродкина и К о-го-го, какие тяжелые! Дверь оказалась закрыта неплотно, и из-за нее слышались голоса родителей. Денис на цыпочках подкрался к двери и прислушался.

- Я должна посмотреть, что с ним, Гена!

- Ничего ему не сделается: в первый раз что ли? Только куртку новую покупать  придется. Кстати, подберем, что-нибудь подешевле.

- И все же…

- Не стоит цацкаться с этим оболтусом, Лариса! Тебе дай волю, ты с него пылинки сдувать будешь. Не может постоять за себя – так ему и надо!

Денис не стал дослушивать, ибо прекрасно знал содержание дальнейшего разговора: подобные беседы уже не раз проходили в этом доме.

Он, сжав зубы, тихо отступил к лестнице на второй этаж. Мальчик не плакал – у него скулы сводило от ярости, быстро переходящей в бешеную ненависть. Он ненавидел шайку Бродкина, травившую его без всякого повода, отца, который проявлял свою родительскую заботу лишь сдержанными похвалами за успехи в учебе и плевать хотел на его проблемы.  

- Клянусь, я отыграюсь! – тихо шептал мальчик, поднимаясь к себе. – За все отыграюсь. Чего бы мне это ни стоило! 

И в тот же миг, как эти слова сорвались с его языка, он почувствовал на себе внимательный взгляд, словно только что произнесенная клятва привлекла чье-то внимание. Денис испуганно оглянулся. Вокруг никого. Да и откуда бы? Слова эти не предназначались для посторонних ушей и произносились столь тихо, что услышать их никто не мог.

Мальчик поежился от пробежавшего по спине озноба, который с равным успехом мог быть как признаком страха, так и предвестником надвигающейся простуды.

У себя в комнате он задерживаться не стал. Только переоделся в сухое и тихо скользнул на чердак – свое любимое место в доме. Там было полно старых книг, вещей, одежды, оставшихся от предыдущих поколений семьи Колесниковых. Денис обожал рыться в этом старье, которое для него было сокровищами, и уже не одну интересную вещь откопал в чердачных завалах.

Каждую такую находку он тайком оттаскивал в свою комнату и ночами изучал.

Любое активное движение в этом затхлом царстве заброшенных и забытых атрибутов чужой жизни поднимало клубы пыли. Но они не могли отпугнуть страстного исследователя: постоянно бывая тут, Денис уже выработал в себе иммунитет к ней. Этим вечером он решил взяться за самый дальний угол чердака, до которого до сих пор не доходили руки.