Ромео истекает кровью

Дважды останавливала милиция, полагаю, они не стали меня арестовывать ни потому что поверили в россказни о донорстве, просто я вонял, да так, что припозднившиеся редкие прохожие перебегали на другую сторону улицы и не мудрено. А может виной тому не только запах, выглядел я страшнее кровожора.

В бани меня не хотели пускать даже за полновесный серебряный рубль, кот был сговорчивей, хотя индивидуальная купель стоила медный четвертной. Почему удар в зубы самый быстрый путь к решению большинства задач, где культура, о которой говорила табличка? Везде обман.

Мылся долго, извел три бутыли хинайского геля, растирая себя так, что помидоры за своего примут. Кстати бедро выглядело превосходно, ну я не в эстетическом плане, так-то нормальное, в меру крепкое волосатое. Неприятная рана исчезла, на ее месте появилась тонкая паутина шрамов.

Водные процедуры закончились, возник вопрос одежды. Штаны и ботинки одевать не хотелось. Пахли они еще хуже, чем выглядели. Пришлось их выбросить, хотя обувь жалко, спец-заказ.

Но эта жуткая вонь! Месяц рыбу не смогу есть, год!

Так в чем же домой идти. Голяком? Нет, ночь кончено теплая, да и я красавец хоть куда. Но нынешний мэр тройной столицы, поставил в центральной части города, через каждые пятьдесят метров столбы с газовыми фонарями. Выглядит эффектно, да и для безопасности толк есть. Только светить булками и другими красивостями мне что-то не хочется. Обязательно кто-то встретиться, особенно молодежь любит по ночным трактирам и синематографам гулять. Пойдут слухи о сумасшедшем доноре, гуляющим ночами, в чем мать родила.

Пришлось звать гигиенщика. Естественно им оказался обиженный, под его левым глазом стремительно наливался знатный синяк. Странно, я вроде в челюсть бил?

Вопрос решился на удивление быстро и не дорого. За десять копеек гигиенщик притащил мне простые холщевые штаны и такую же рубаху. Обувь пришлось одеть банную, - легкие белые тапочки. Ну, хоть в таком виде можно заказать дилижанс.

Через полчаса был дома. На кровать рухнул как озимый, веки опустились с грохотом молота по наковальне.

Тело ныло, в шее стреляло, спина гудела, поясница вообще отваливалась, при этом сна ни в одном глазу. «Охо-хо-хонюшки» - выдал стариковское стенание и с трудом приподнялся.

- Дай поцелую! – требовательно сказал попугай, породы жако и мерзким характером налогового инспектора. Да и он был самкой.

- Не хочу!

- Ты меня никогда не любил, - голосом бывшей жены упрекнул пернатый и у меня резко подскочил адреналин.